Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

Конференция о наследии Патриарха Сергия (Страгородского) в ИРИ РАН. 14 мая 2019 г. Анонс.


Рекламирую интересную конференцию в нашем институте, - в том числе, и с моим участием (я же один из организаторов, член Оргкомитета) и приглашаю поприсутствовать всех желающих:

Российская Академия наук

Научный совет «Роль религий в истории»
Институт российской истории
(Центр истории религии и Церкви)

Научная конференция
«Патриарх Сергий (Страгородский).
Время и наследие
(к 75-летию со дня кончины)»

14 мая 2019 г.
Москва, Институт российской истории РАН
(ул. Дм. Ульянова, 19, ауд. 2, 3-й этаж)


ПРОГРАММА

11.00. Открытие конференции

свящ. Николай Щеглов (Институт российской истории РАН, аспирант)
Миссионерские труды будущего патриарха Сергия на Дальнем Востоке 1890–1893 и 1897–1899 гг.

Ковырзин К. В. (Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет)
Архиепископ Сергий (Страгородский) и высшее церковное управление в 1917 г.

свящ. Александр Мазырин (Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет)
Эволюция отношения митрополита Сергия к обновленческому расколу в 1920-е годы.

прот. Павел Хондзинский (Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет)
Декларация митрополита Сергия: политика или экклесиология?

Кострюков А. А. (Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет)
Митрополит Сергий и Русская Зарубежная Церковь. К истории взаимоотношений.

13.30 ‒ 14.30. Перерыв.

свящ. Илья Соловьев (Общество любителей церковной истории)
Декларация митрополита Сергия и членов его Синода (1927) и реакция на нее представителей обновленческого раскола.

Обозный К. П. (Свято-Филаретовский православно-христианский институт)
Церковная политика митрополита Сергия (Страгородского) в оценках экзарха Сергия (Воскресенского) в 1941‒1944 гг.

Шилкина М. В. (Свято-Филаретовский православно-христианский институт)
"Второе восстановление патриаршества" как проект советского государства.

Курляндский И. А. (Институт российской истории РАН)
Патриарх Сергий и диктатор Сталин ‒ точки соприкосновения. К осмыслению явления.

Дискуссия


Регламент:
30 минут на сообщение
с учетом кратких вопросов и ответов.

Итоговая дискуссия
                                                                                   ‒ в завершение конференции.

Факты против очернительства. Как С.Г. Петров написал про источники и ссылки у В.В. Лобанова.



Историк Вячеслав Викторович Лобанов (1966-2016).

Уже в цитированной мной монографии историка С.Г. Петрова  «Русская православная церковь времени патриарха Тихона» (Новосибирск, 2013) представление трудов другого историка, сотрудника ИРИ РАН В.В. Лобанова о Патриархе Тихоне начинается им со следующего:
«Его труды, за редчайшим исключением, написаны на давно известных в историографии и опубликованных источниках, повторяют полученные другими исследователями результаты. Не имея доступа к значительному количеству источников (из ЦА ФСБ, АП РФ), о чем он честно признается (стилистически правильно «в чем он честно признается» - И.К.), например, в автореферате диссертации, В.В. Лобанов, тем не менее, ссылается на них и дает архивные шифры, копируя таковые у других историков, которых он зачастую не упоминает. Отмечу две его крупные работы, в основу которого лег текст его диссертационного исследования - монографию и коллективный аналитический труд, вобравший в качестве очерка несколько видоизмененный текст монографии.» (Петров С.Г. Указ. соч. С. 18).
Далее у С.Г. Петрова идет ссылка на следующие издания: Лобанов В.В. Патриарх Тихон и советская власть (1917-1925). М., 2008; Лавров В.М., Лобанов В.В., Лобанова И.В., Мазырин А.В. Иерархия Русской Православной Церкви, патриаршество и государство в революционную эпоху. М., 2008. С. 158-257. (Там же.).
Оставим пока в стороне (и на совести критика) содержащееся в его цитате выше голословное уличение В.В. Лобанова в научном бесплодии и даже, может быть, в плагиате («его труды... повторяют полученные другими исследователями результаты»). Согласитесь, что в этом случае для убедительности разоблачения необходим сравнительный анализ результатов этих других исследователей с результатами В.В. Лобанова. Такие голословные, порочащие достоинство ученого констатации точно не являются свойственными объективной научной критике.
Рассмотрим обвинения С.Г. Петрова в адрес В.В. Лобанова в  некорректности источниковой базы его исследования и оформления им ссылок на источники.
Итак, мы узнали от С.Г. Петрова выше, что труды В.В. Лобанова «написаны на давно известных в историографии и опубликованных источниках». (Петров С.Г. Указ. соч. С. 18). Примерно такое же обвинение далее он предъявил и мне, И.А. Курляндскому, уже в абсурдной форме: «заимствование у предшественников источников (! - И.К.)», объяснив, что тот же прием он обнаружил и у В.В. Лобанова (Там же. С. 20).
Наверное, бессмысленно квалифицированным в историографии людям объяснять, что источники историками для того и вводятся в научный оборот, чтобы их использовали в своих трудах другие историки или, говоря странным языком С.Г. Петрова, «заимствовали». Именно для этого они публикуются и в текстах работ и в приложениях к ним, и в сборниках документов.  Но только ли опубликованные источники использованы в работах В.В. Лобанова? Обращение к научно-справочному аппарату упомянутых С.Г. Петровым выше книг Вячеслава Викторовича Лобанова позволило обнаружить, что это не так, и речь не идет о «редчайшем исключении», как это написал и пытается представить Станислав Геннадьевич Петров.  Обращает внимание в примечаниях большое количество ссылок В.В. Лобанова на архивы - РГАСПИ, ГА РФ и РГИА, где он и работал с источниками при подготовке своих трудов о Патриархе Тихоне (и диссертации и монографии, и серии статей). И, как коллега Вячеслава Викторовича по ИРИ РАН, подтверждаю, что в этих архивах он реально работал.
Об использованных им архивных фондах он рассказывает во введениях своих диссертации и монографии (Лобанов В.В. Патриарх Тихон и советская власть (1917-1925). М., 2008. С. 13-15). 
Что касается обвинения С.Г. Петрова в том, что В.В. Лобанов якобы ссылается на неиспользованные им архивы (С.Г. Петровым упомянуты в этой связи АП РФ и ЦА ФСБ), копируя эти ссылки у других историков, «которых он зачастую не упоминает» (Петров С.Г. Указ. соч. С. 18), то специально проведенный мной анализ научно-справочного аппарата трудов В.В. Лобанова не подтвердил эту версию С.Г. Петрова.
Во-первых, то, что касается Архива Президента РФ (АП РФ), речь идет о тематических папках фонда Политбюро РКП (б) за 1922-1925 гг., которые были полностью опубликованы С.Г. Петровым и покойным академиком Н.Н. Покровским в первом томе двухтомного сборника документов «Архивы Кремля. Политбюро и Церковь» (М., 1997). И вполне закономерно, что в трудах В.В. Лобанова имеется много ссылок на эту публикацию. Можно убедиться, что автор не присваивает себе здесь чужих результатов архивного поиска.
Ссылки именно на архивный шифр АП РФ удалось обнаружить у В.В. Лобанова в книге о патриархе Тихоне (повторяет его диссертацию) всего в двух случаях. Нетрудно убедиться, что указание этих шифров носит УТОЧНЯЮЩИЙ характер, потому что одновременно автор дает ссылки и на публикацию этих документов.
Так, 7 ссылка к главе третьей касается одного из протоколов антирелигиозной комиссии. В.В. Лобанов сначала упоминает место хранения этого протокола в одном из дел протоколов в РГАСПИ, затем публикацию этого протокола в издании «Архивы Кремля» с уточнением «Со ссылкой на: АП РФ...» (там документ был опубликован) . (Лобанов В.В. Патриарх Тихон и советская власть (1917-1925). М., 2008. С. 148). Затем в 54 ссылке к той же главе В.В, Лобанов тоже сначала указывает публикацию постановления ЦК «Об изменении меры пресечения патриарха Тихона» в «Архивах Кремля» - ниже им дается ссылка на АП РФ, которая опять таки носит уточняющий характер. (Там же. С. 150). Таким образом, В.В. Лобанов не пытается создать у читателя впечатления, что он работал в АП РФ и не выдает за свои ссылки других историков. Он просто поясняет, где хранятся некоторые важные документы по его теме, и то в немногих, именно редких случаях, давая при том и ссылку на их публикацию. Есть такие же в немногих случаях у него двойные ссылки на документы РГАСПИ (одновременно архивная ссылка и ссылка на публикацию этого документа, например, в сборнике «Архивы Кремля»). Понятно, что ничего, кроме ознакомления читателя с местом хранения какого-то интересного документа такая двойная ссылка не преследует.
Что же касается Центрального архива ФСБ, к работе в котором В.В. Лобанов не был допущен в годы своего исследования о патриархе Тихоне (так допуск он получил позднее, когда работал над своей книгой по истории обновленческого раскола), то и здесь изучение его научно-справочного аппарата вновь не обнаружило некорректности его работы со ссылками.
Прежде всего, В.В. Лобанов корректно ссылается на известную публикацию - сборник документов «Следственное дело Патриарха Тихона» (М, 2000), составленный по материалам многотомного следственного дела Патриарха в ЦА ФСБ.  И многочисленными в работах В.В. Лобанова являются ссылки на этот сборник. В исключительных как раз случаях В.В. Лобанов дает и архивные ссылки на документы из архивно-следственного дела Патриарха Тихона. Но надо посмотреть, что это именно за случаи. В одном из таких речь идет о рукописном подлиннике известного заявления Патриарха Тихона в Верховный суд 1923 года, ставшего условием его освобождения из заключения. В.В. Лобанов в примечании указывает его архивную ссылку («Рукописный подлинник этого заявления хранится...) и одновременно он дает ссылку на страницу публикации этого заявления в «Следственном деле патриарха Тихона». (Лобанов В.В. Указ. соч. С. 150).  Т.е. присвоения себе результата чужого архивного поиска у В.В. Лобанова нет и здесь (как и во всех других случаях). Другая обнаруженная ссылка на ЦА ФСБ идет у него после указания страницы публикации документа в опубликованном сборнике (ссылка 93 к главе 3). И снова ничего, кроме цели уточнения (что такой-то важный документ опубликован там-то и хранится там-то), в этой ссылке не видно. (Там же. С. 152).
Ту же ознакомительную цель преследуют двойные ссылки в публикации В.В. Лобановым в приложении к его книге некоторых документов патриарха Тихона из сборника документов «Следственное дело патриарха Тихона». (Например, на с. 248 и др.).
В итоге можно сделать неутешительный для критика вывод. Рассмотренные выше в процитированном отрывке претензии С.Г Петрова к В.В. Лобанову надуманы и не имеют основания в реальности. Употребленное С.Г. Петровым при этом слово «зачастую» (Петров С.Г. Указ. соч. С. 18) является недопустимым манипуляционным приемом, т.к. гиперболизирует  искусственно созданную им историю, недостоверность которой устанавливается обращением к научно-справочному аппарату трудов В.В. Лобанова.. Также манипуляционным по своему существу является употребленный С.Г. Петровым в том же предложении оборот «за редчайшим исключением». (Там же. С. 18). Это «редчайшее исключение» критиком не объяснено, равно как и не доказано правило, от которого оно отклоняется. 
В.В. Лобанов в своих трудах о Патриархе Тихоне корректно относится к трудам предшественников и не забывает давать ссылки на их публикации, не выдает результаты чужого архивного поиска за свои, а его труды также основаны и на собственных архивных разысканиях, при том, что использовать уже введенные в научный оборот источники он, как профессиональный историк, имел неоспоримое право.

Конференция в Иркутске о святителе Иннокентии (Вениаминове) с моим участием. (8-10 сент.). Программа

ПРОГРАММА

IV МЕЖРЕГИОНАЛЬНОЙ НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ «СВЯТИТЕЛЬ ИННОКЕНТИЙ (ВЕНИАМИНОВ) И НАУЧНО-ПРОСВЕТИТЕЛЬСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ПРАВОСЛАВНОГО ДУХОВЕНСТВА В СИБИРИ И НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ

XIX – НАЧАЛА XX ВЕКА»

8 сентября

5.00 – 20.00. ПАЛОМНИЧЕСКАЯ ПОЕЗДКА в с. Анга Качугского района. Освящение Свято-Иннокентьевского храма. Торжественное открытие духовно-просветительского центра имени святителя Иннокентия (Вениаминова).

9 сентября

Место проведения заседаний конференции: Иркутская областная государственная универсальная научная библиотека им. И. И. Молчанова-Сибирского,

ул. Лермонтова, 253

9.00 – 10.00 РЕГИСТРАЦИЯ УЧАСТНИКОВ

холл 2 этажа

10.00 – 10.15. ОТКРЫТИЕ КОНФЕРЕНЦИИ

каб. 204

Приветствия

Стасюлевич Ольга Константиновна, министр культуры и архивов Иркутской области

Протоиерей Алексей Середин, настоятель Князе-Владимирского храма Иркутской епархии Русской Православной Церкви (Московский Патриархат)

Сулейманова Лариса Александровна, директор Иркутской областной государственной универсальной научной библиотеки им. И. И. Молчанова-Сибирского

10.15 – 18.00. ПЛЕНАРНОЕ ЗАСЕДАНИЕ

каб. 204

Святитель Иннокентий (Вениаминов) как педагог и катехизатор

Протоиерей Борис Пивоваров, д-р богословия, председатель Отдела образования и просвещения Новосибирской митрополии, настоятель прихода Всех Святых в земле Русской просиявших, председатель попечительского совета Православной гимназии во имя Преподобного Сергия Радонежского, учитель истории, г. Новосибирск

Святитель Иннокентий (Вениаминов) и вопросы духовного образования в эпоху «великих реформ» (1860–1870-е гг.)

Курляндский Игорь Александрович, канд. ист. наук, ст. научный сотрудник Центра истории религии и Церкви Института российской истории РАН, г. Москва

«Да скажет Россия: надобно!»: к истории православной миссии в Северо-Тихоокеанском регионе

Смирнова Ирина Юрьевна, канд. ист. наук, ст. научный сотрудник Центра истории религии и Церкви Института российской истории РАН, г. Москва

13.00 – 14.00. ОБЕД

Инкорпорация Якутского края в российскую государственность: социальная и учебно-просветительская деятельность духовенства

Юрганова Инна Игоревна, канд. ист. наук, ст. научный сотрудник Института гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера СО РАН, г. Якутск

Святые миссионеры Забайкалья: подвиги и направления деятельности

Камедина Людмила Васильевна, д-р культурологии, профессор кафедры литературы Забайкальского государственного университета, г. Чита

Участие забайкальского духовенства в деятельности местных отделений Императорского Русского географического общества (конец XIX – начало XX в.)

Косых Владимир Иванович, канд. ист. наук, доцент кафедры истории Забайкальского государственного университета, г. Чита

Братство во имя святителя Иннокентия Иркутского и научное наследие М. В. Одинцова

Чернышова Надежда Константиновна, д-р ист. наук, гл. научный сотрудник лаборатории книговедения Государственной публичной научно-технической библиотеки СО РАН, г. Новосибирск

16.00 – 16.30. ПРЕСС-ПОДХОД

16.00 – 16.30. КОФЕ-БРЕЙК

Образ святителя Иннокентия (Вениаминова) в изобразительном искусстве. 1841–2017 гг.

Полунина Надежда Михайловна, историк, научный сотрудник Государственного исторического музея, г. Москва

Путь святителя Иннокентия (Вениаминова) в творчестве иркутских художников. 1997–2017 гг.

Куклина Надежда Петровна, директор галереи современного искусства Дома художника Иркутского отделения Союза художников России, г. Иркутск

17.30 – 18.00. ПРЕЗЕНТАЦИЯ ВЫСТАВОК

каб. 204

«Апостольские труды и подвиги святителя Иннокентия (Вениаминова). Посвящается 220-летию со дня рождения»: выставка исторического портрета и картин (в технике жикле) художника Филиппа Москвитина, г. Москва

«Герои Русской Америки. Скульптурная галерея Ильи Вьюева»: фотовыставка работ скульптора Ильи Вьюева (координатор выставки Липилина Инна Александровна), г. Москва

«Утраченные святыни Иркутска. Путь к возрождению»: выставка документов Государственного архива Иркутской области

«Литература о святителе Иннокентии в редком фонде Иркутской областной государственной универсальной научной библиотеки им. И. И. Молчанова-Сибирского»: книжно-журнальная выставка (каб. 623)

«По пути святителя Иннокентия»: выставка рисунков учеников Иркутской художественной школы (руководитель В. И. Черкалова, историко-краеведческий клуб «Иркутск – Форт Росс»)

18.00 – 19.30. ВСТРЕЧА с историком, потомком святителя Иннокентия (Вениаминова) И. А. Курляндским «Потомки святителя Иннокентия (Вениаминова) в ХХ в. Особенности биографий»

каб. 706

18.00 – 19.30 ВСТРЕЧА с писателем Л. М. Анисовым и презентация книги «Просветитель Сибири и Америки. Жизнеописание святителя Иннокентия, митрополита Московского и Коломенского»

каб. 723

10 сентября

10.00 – 14.00. СЕКЦИЯ 1. ДОКУМЕНТАЛЬНОЕ НАСЛЕДИЕ РУССКОЙ ПРАВОСЛАВНОЙ ЦЕРКВИ В СИБИРИ И НА ДАЛЬНЕМ ВОСТОКЕ: СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ ИЗУЧЕНИЯ

каб. 706

Модератор – Мельникова Софья Владимировна,

канд. филол. наук, зав. сектором

научного проектирования и инноваций

Иркутской областной государственной универсальной научной библиотеки им. И. И. Молчанова-Сибирского

Архиепископ Михаил (Бурдуков) и его роль в жизни святителя Иннокентия (Вениаминова)

Священник Стефан Бажков, секретарь Иркутского епархиального управления Иркутской епархии Русской Православной Церкви, г. Иркутск

Семейство святителя Иннокентия: новые архивные материалы

Крючкова Тамара Александровна, канд. ист. наук, гл. специалист отдела краеведения Иркутской областной государственной универсальной научной библиотеки им. И. И. Молчанова-Сибирского, г. Иркутск

Документы Российского государственного исторического архива в составе выставки Государственного архива Иркутской области «Святитель Иннокентий (Вениаминов) − миссионер, исследователь, просветитель»

Михайлова Олеся Андреевна, гл. архивист отдела использования документов и работы с обращениями граждан и организаций Государственного архива Иркутской области, г. Иркутск

Архимандрит Иркутского Вознесенского монастыря Вонифатий (Березин) и книга Великих Пастырей

Бедулина Ирина Павловна, канд. ист. наук, гл. библиотекарь отдела обслуживания Научной библиотеки Иркутского государственного университета, г. Иркутск

Картина «Перенесение мощей святителя Иннокентия» как исторический источник: галерея портретов духовенства губернского Иркутска художника М. А. Васильева

Тарасов Владимир Иванович, художник, историк, преподаватель Иркутской областной детской школы искусств, заслуженный работник культуры и искусства Иркутской области, г. Иркутск

12.00 – 12.15. КОФЕ-БРЕЙК

Епископ Вениамин (Багрянский): штрихи к биографии

Санников Александр Павлович, канд. ист. наук, доцент кафедры истории России Иркутского государственного университета, г. Иркутск

Путевые дневники и отчеты священников-миссионеров как исторический источник: по материалам архивного фонда Иркутской духовной консистории Государственного архива Иркутской области

Бондарь Ирина Витальевна, гл. архивист отдела использования документов и работы с обращениями граждан и организаций Государственного архива Иркутской области, г. Иркутск

Миссионер Яков Чистохин – переводчик, этнограф, член ВСОИРГО: по документам Государственного архива Иркутской области

Чичкова Надежда Викторовна, зав. сектором изданий документов Государственного архива Иркутской области, г. Иркутск

Программа краеведческих исследований на страницах «Иркутских епархиальных ведомостей»

Мельникова Софья Владимировна, канд. филол. наук, зав. сектором научного проектирования и инноваций Иркутской областной государственной универсальной научной библиотеки им. И. И. Молчанова-Сибирского, г. Иркутск

14.00 – 15.00. ОБЕД

15.00 – 18.00. СЕКЦИЯ 2. ЭКСПЕДИЦИОННО-КРАЕВЕДЧЕСКАЯ РАБОТА: ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ В СОВРЕМЕННОЙ ПРАКТИКЕ

каб. 706

Модератор – Сумарокова Екатерина Валерьевна,

зав. отделом краеведения

Иркутской областной государственной универсальной научной библиотеки им. И. И. Молчанова-Сибирского

«По пути святителя Иннокентия». Из опыта работы детско-молодежного историко-краеведческого клуба «Иркутск – Форт Росс»

Глацкова Лариса Анатольевна, вице-президент детско-молодежного клуба «Иркутск Форт Росс», г. Иркутск

Емельянова Елена Владимировна, ст. преподаватель Педагогического института Иркутского государственного университета, г. Иркутск

Барсукова Мария Евгеньевна, помощник депутата Думы г. Иркутска, член совета детско-молодежного клуба «Иркутск Форт Росс», г. Иркутск

Школьная историко-краеведческая экспедиция «Возрождение» и электронный портал «Храмы Приленья»

Максимова Татьяна Александровна, учитель русского языка и литературы средней общеобразовательной школы № 1, ведущий специалист методического объединения «Ленский район» Районного управления образования, г. Ленск

История Усольского района в храмах

Плотников Равиль Федорович, учитель истории и обществознания высшей квалификационной категории Тайтурской средней общеобразовательной школы, почетный работник образования Иркутской области, с. Тайтурка Иркутской области

«Какие просвещенные священники раньше были» (образ иркутского священника в письмах начала ХХ в. дочери иерея Евгения Литвинцева)

Зуева Инга Валерьевна, учитель русского языка и литературы высшей квалификационной категории средней общеобразовательной школы № 1, пос. Качуг Иркутской области

СТЕНДОВЫЕ ДОКЛАДЫ

Взаимоотношения светской и духовной власти в русской истории

Маняхина Марина Ревовна, д-р культурологии, профессор кафедры социально-политических наук Санкт-Петербургского государственного университета телекоммуникаций им. проф. М. А. Бонч-Бруевича, г. Санкт-Петербург

Вопросы историографии образовательной деятельности

православного духовенства Забайкальской епархии в XVIII – начале XX в.

Дроботушенко Евгений Викторович, канд. ист. наук, декан исторического факультета Забайкальского государственного университета, г. Чита

Миссия на Аляске: документ на рукоположение в сан священника

Митыпова Гунсема Сандаковна, д-р ист. наук, доцент кафедры религиоведения и теологии Бурятского государственного университета, г. Улан-Удэ

Вклад М. З. Винокурова в сохранение архивов Русской Православной Церкви в Соединенных Штатах Америки

Самсонова Валентина Андреевна, доцент Арктического государственного института культуры и искусств, гл. библиотекарь Национальной библиотеки Республики Саха (Якутия), заслуженный работник культуры РФ и PC (Я), г. Якутск

Географические представления жителей Русской Америки XVIII – первой половины XIX в. и их отражение в «Записках об островах Уналашкинского отдела» святителя Иннокентия (Вениаминова)

Коноплев Владимир Андреевич, ст. научный сотрудник Государственного архива Вологодской области, г. Вологда

ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЕ ПЛОЩАДКИ

10.00 – 14.00

СЕМЕЙНАЯ ИСТОРИЯ В РОССИЙСКИХ ПЕЧАТНЫХ ИСТОЧНИКАХ XIX В. – 1930-Х ГГ. РОССИЙСКИЕ И ТИПИЗИРОВАННЫЕ РЕГИОНАЛЬНЫЕ ПЕЧАТНЫЕ ИСТОЧНИКИ (ДО 1917 Г.) ПО ИСТОРИИ НЕБОЛЬШИХ НАСЕЛЕННЫХ МЕСТ

каб. 723

Лектор – Балацкая Надежда Михайловна,

канд. пед. наук, ст. научный сотрудник отдела библиографии и краеведения Российской национальной библиотеки,

г. Санкт-Петербург

15.00 – 17.00

ЦЕРКОВНЫЕ АРХИВЫ: ВИДЫ, СОСТАВ, ОСОБЕННОСТИ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ

каб. 703

Лектор – Юрганова Инна Игоревна,

канд. ист. наук, ст. научный сотрудник Института гуманитарных исследований и проблем малочисленных народов Севера СО РАН, г. Якутск

17.00 – 17.30

СОЗДАНИЕ ВЫСТАВКИ АРХИВНЫХ ДОКУМЕНТОВ: ОТ ПРОЕКТА ДО ЭКСПОНИРОВАНИЯ

каб. 703

Лектор – Михайлова Олеся Андреевна,

гл. архивист отдела использования документов и работы с обращениями граждан и организаций Государственного архива Иркутской области, г. Иркутск

17.30 – 18.00

ИЗ ОПЫТА РАБОТЫ С АРХИВНЫМИ СВЕДЕНИЯМИ ПО ТЕМЕ «НОВОМУЧЕНИКИ И ИСПОВЕДНИКИ ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ»

каб. 703

Лектор – Миронов Андрей Владимирович, канд. юрид. наук, клирик храма Святой Блаженной Ксении Петербургской и Иоанна Кронштадтского г. Иркутска

18.00 – 20.00 ТОРЖЕСТВЕННАЯ ТРАПЕЗА

каб. 203

Награждение меня на Юбилее Института российской истории РАН. 17 ноября 2016 г.









Награждение меня на торжественном заседании, посвященном 80-летию Института российской истории РАН. 17 ноября 2016 г.
Как изволите видеть на фотографиях, награжден я приказом министра обороны РФ С.К. Шойгу от 11 ноября 2016 г. № 772 памятной медалью Министерства обороны РФ
«ЗА ЗАСЛУГИ В УВЕКОВЕЧЕНИИ ПАМЯТИ ПОГИБШИХ ЗАЩИТНИКОВ ОТЕЧЕСТВА».
Вместе со мной аналогичной медалью были награждены еще несколько ученых-историков, сотрудников нашего института: замдиректора по научной работе С.В. Журавлев, М.С. Зинич, Н.Н. Бугай, Е.С. Синявская… Возникает вопрос – за что именно? За участие в написании силами ИРИ РАН тома «Война и общество» в новой многотомной «Истории Великой отечественной войны», вышедшей под эгидой МО РФ.  Поэтому вручал медали генерал В.А. Золотарев, ответственный за этот проект в целом.
Ваш покорный слуга был награжден за написание в этом томе раздела, посвященного религии в войну, за что, без ложной скромности замечу, меня весьма хвалило начальство. Было заметно, что наградили не всех авторов глав этого тома, а только тех, кого особо пожелали отметить. Конечно, редакторская цензура МО мой раздел (как и другие в этом сборнике)  весьма пощипала, но работу ту свою я выполнил добросовестно. Там у меня речь есть и о священниках в войну, в том числе, и погибших. Так что, награда заслуженна. 

In Memoriam. Историк религии и Церкви Вячеслав Лобанов (1966-2016).

Дирекция и профком Института российской истории РАН с глубоким прискорбием сообщают, что 14 июля 2016 г. после тяжелой болезни скончался кандидат исторических наук, старший научный сотрудник, ученый секретарь Центра истории религии и церкви Института российской истории РАН
ВЯЧЕСЛАВ ВИКТОРОВИЧ ЛОБАНОВ
(10.XI.1966-14.VII.2016)

Вся научная деятельность Вячеслава Викторовича была неразрывно связана с Институтом российской истории РАН, в котором он работал с 2005 г. В.В. Лобанов был признанным специалистом по истории Русской Православной Церкви первой половины XX в. Основными темами его исследований стали жизнь и деятельность Патриарха Тихона и история «обновленческого» раскола.  В ИРИ РАН он успешно защитил кандидатскую диссертацию и готовился защитить докторскую. Здесь же вышли его монографии: «Патриарх Тихон и советская власть (1917-1925)» (М., 2008), за которую автор был удостоен Почетной благодарности Макариевского фонда и Памятной медали митрополита Московского и Коломенского Макария, а также написанная в соавторстве «Иерархия Русской Православной Церкви, патриаршество и государство в революционную эпоху» (М., 2008). Большую ценность для науки также представляет составленный им сборник документов «Протоколы Комиссии по проведению отделения церкви от государства при ЦК РКП(б)–ВКП(б) (Антирелигиозной комиссии). 1922–1929 гг.» (М., 2014). Смерть застигла В.В. Лобанова за подготовкой к печати  книги «”Обновленческий” раскол в Русской Православной Церкви (1922 – 1946)», аккумулировавшей результаты его последних исследований.

   Коллеги знали Вячеслава Викторовича как доброжелательного, отзывчивого, трудолюбивого человека. Присущий ему профессионализм историка нерасторжимо связан со светлым человеческим образом, который он оставил после себя в нашей памяти. Выражаем глубокие соболезнования родным и близким покойного.

http://iriran.ru/?q=node%2F1511

Текст размещенного выше некролога В.В. Лобанова по просьбе руководства написал я, затем его подсократили. Все основное отражено. Со Славой Лобановым мы были много лет друзьями и коллегами – по Центру истории религии и Церкви, где вместе работали. Напишу позднее здесь что-либо о нем от себя. Пока не могу. Это горе. Смерть на взлете. Безвременная и трагическая, прервавшая не только жизнь ученого, но и важные его труды. Скорбит и плачет весь наш Центр. Вечная и светлая память!

Абсурд, преступный произвол, безграмотность - эксперты об антимиссионерской части "закона Яровой".



Абсурд, дилетантизм, произвол: эксперты и священнослужители - о «законе Яровой»

Принятый Госдумой РФ в пятницу 24 июня в окончательном чтении пакет «антитеррористических» поправок в законодательство, получивший известность как «закон Яровой», является крайне недороработанным, оскорбляет миллионы россиян и способен создать массу проблем для государства и общества. Такую оценку высказали опрошенные REF News авторитетные российские эксперты в области права и религии, а также известные священнослужители.

Михаил Шахов (религиовед и правовед, профессор, доктор философских наук):

Закон характеризуется удивительной терминологической и правовой безграмотностью, а также полной непредсказуемостью последствий. Это открывает дорогу для очень большого административного произвола.

Количество глупостей зашкаливает. Во-первых, это определение содержания миссионерской деятельности. В нем говорится, что миссионерской деятельностью является «распространение веры и религиозных убеждений». Возникает вопрос, а как быть с распространением атеистических убеждений? То есть, пропагандировать материалистические убеждения можно везде и всюду безо всякого разрешения, а пропагандировать идею о том, что Бог есть - только на специально оговоренных условиях. Неужели религиозные идеи вреднее, чем безбожные? Наша история в XX веке скорее свидетельствует об обратном.

В перечень того, что понимается под распространением веры и религиозных убеждений в рамках миссионерской деятельности, согласно закону, входит и совершение богослужений. Это живо напоминает про советскую реальность, когда священник приходил на кладбище совершить заупокойную службу, а уполномоченный по делам религий обвинял его в «публичном совершении богослужения». В этом вопросе мы точно наступаем на советские грабли.

Кроме того, в законе упоминается «публичное совершение других религиозных обрядов». Получается, что если гражданин, идя по улице осенит себя крестных знамением при виде храма, то он публично совершает религиозный обряд. Новый закон ставит под вопрос право религиозных организаций совершать богослужения в медицинских и тюремных учреждениях.

В законе также отсутствует определение «религиозной литературы», распространение которой он ограничивает. Являются ли, например, богословские сочинения Владимира Соловьёва, который никогда не был официальным православным богословом, религиозной литературой? Это понятие нигде юридически не определено.

К миссионерской деятельности отнесено проведение молитвенных и религиозных собраний. Это одна из «прицельных» формулировок. Большое недовольство наших «сектогонителей» вызывали ситуации, когда религиозные меньшинства арендуют концернтые залы или иные помещения.

К миссионерской деятельности относится и проповедническая деятельность, но что это такое, в законе не определено. Определить это невозможно. Как и в советское время, любой разговор о Боге можно подвести под понятие проповеднической деятельности. Налицо набор нарушений формальной и юридической логики - одно неизвестное не определяется через другое неизвестное.

Это возврат к крайним формам советского богоборчества, когда запрещалось любое религиозное присутствие в публичной сфере.

Екатерина Элбакян (религиовед, профессор, доктор философских наук):

Внесённые поправки выглядят дилетантскими. Во-первых, есть ощущение, что их делали не специалисты, а люди, которые плохо представляют, что такое религиозная сфера, кто такие верующие люди, какова их шкала ценностей, образ жизни и система взаимоотношений с внешним миром.

Во-вторых, налицо тот факт, что эти поправки ущемляют права практически всех верующих, особенно - не принадлежащих к «титульным конфессиям».  Характер этих поправок можно определить как дискриминационный.

Обращает на себя внимание запрет на миссионерскую деятельность в жилых помещениях. Особенно это связано с практиками протестантов. Богослужение часто заканчивается проповедью, что также может быть рассмотрено как миссионерская деятельность.

Довольно странным выглядит требование о наличии специального удостоверения у миссионеров. Традиционно членство в христианской церкви было анонимным, а в данном случае речь идёт о довольно жёстком учёте прихожан. Иисус сказал своим ученикам «Идите и научите все народы». Получается, что надо было требовать справки у апостолов?

Интересно, а каким образом мы с коллегами должны будем преподавать религиоведение. не возьмут ли с нас крупный штраф за рассказ о разных религиозных организациях?

Юрий Тихонравов (религиовед, философ, директор Центра изучения и развития межкультурных отношений):

Свобода убеждений - это главная свобода человека. Выбирая ту или иную веру, то или иное мировоззрение, человек выбирает конечную цель своей жизни, то есть способ распорядиться своей жизнью. А по ряду воззрений, в том числе согласно православию - не только этой, земной, временной, но и вечной жизнью. Всякое ограничение данной свободы - это страшнейшее злодеяние перед человеком. Те, кто берёт на себя дерзость посягать на эту свободу, примеряют на себя роль богов, то есть фактически обожествляют сами себя. Нет и не может быть ничего хуже. Последствия подобных действий коснутся нас всех и в том числе авторов подобных инициатив, их детей, родных, близких и т.п. Это своего рода проклятие. Поэтому пока ещё жива надежда, что разум воспрепятствует осуществлению данного проекта.

Андрей Себенцов (эксперт в области конституционного права):

Закон не поддаётся критике с позиций здравомыслия, так как имеет с ними слишком мало общего. Конституционное право каждого на поиск и распространение информации, право каждого иметь и распространять религиозные и иные убеждения (статьи 28-30 Конституции РФ), право на объединение для его авторов не существуют. Статью 55 (ч. 2), запрещающую принятие законов, которые отменяют или умаляют права человека, они равнодушно презирают.

Совершенно диким представляется запрет миссионерской деятельности в жилых помещениях. Действующая редакция закона и так крайне дискриминационна для религиозных групп, оставив им жилище, по сути, как единственное место для свободной деятельности.

В Постановлении Конституционного суда Российской Федерации от 30 октября 2003 года, сказано, что законодатель «не может осуществлять такое регулирование, которое посягало бы на само существо того или иного права и приводило бы к утрате его реального содержания». Публичные интересы, перечисленные в ч. 3 ст. 55 Конституции могут оправдать правовые ограничения прав и свобод, только если такие ограничения отвечают требованиям справедливости, являются адекватными, пропорциональными, соразмерными и необходимыми для защиты конституционно значимых ценностей.

Представляется, что реальная опасность от пропаганды экстремизма в формах исламского миссионерства законопроектом не устраняется, а поводы для очередных гонений на религиозные меньшинства расширяются самым серьезным образом.

Добавлю, что и определение миссионерства неудачно. Это вопрос, для решения которого необходимо привлечение к обсуждению и получение согласия религиозных организаций.

(по материалам центра СОВА)

Роман Лункин (Руководитель Центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН):

Большинство положений «закона Яровой», который в рамках «антитеррористического пакета» будет, скорее всего, принят Советом Федерации и подписан президентом, унизительны для верующих и для религиозных объединений России. С кем бы и с чем бы не боролись спецслужбы с помощью этого закона  это не повод для того, чтобы проявлять крайнее неуважение к религии и ее представителям.

Прежде всего, религиозные лидеры не были привлечены к обсуждению этого законопроекта. Он был принят фактически тайно, поправки о миссионерах были внесены  за 5 дней до голосования, а окончательный вариант закона отличался от опубликованного на сайте Думы проекта. Это, безусловно, войдет в историю как законотворческое мошенничество. Буквально на сутки проект дали поправить только юристу Московской патриархии, как и следует из комментария Ксении Чернеги к финальному тексту проекта. Все заявления мусульман, протестантов и иудеев были проигнорированы. И этого даже никто не скрывает. Довольно интересно, что юриста РПЦ вполне удовлетворила формулировка миссионерской деяльности, согласно которой нельзя просто так без документов поповедовать среди верующих других религиозных объединений. Очевидно, что в патриархии полагают,что все рано ведь большинство православные. А домашних групп, как у протестантов, где часто присутствуют и потенциальные верующие (формально православные), у РПЦ нет.

Правоохранительные органы, продвинув этот закон, сделали так, что власть теперь обязана подозревать верующих, их группы и людей, проповедующих что-либо. Это боязнь иностранных агентов и западного влияния в религиозной сфере. Это санкции против нас, против российских граждан как цена за украинский кризис.

Можно много говорить об абсурдности закона, например, какая логика двигала сотрудником, писавшм этот проект, когда жилое помещение запрещалось переводить в помещение религиозного назначения? Чтобы верующие не собирались в принципе? Трудно отвечать на вопросы рядовых священнослужителей по поводу этого закона. Приходится признать, что мы все-таки переняли опыт стран Центральной Азии, "повернулись на восток". А это значит, что в зависимости от региона власти и полиция могут сделать все, что угодно. Обанкротить на миллион рублей церковь, взять 50 тысяч рублей с проповедника, у которого не оказалось справки. Каждый штраф, взятый на основании этого закона, можно считать оскорблением религиозных чувств. Можно жаловаться в Конституционный суд, который скорее скажет, что это защита самобытности традиционных религий, можно и нужно писать жалобы в Европейский суд. Но это не восстановит доверия и оскорбления, которое государство уже не в первый раз в истории наносит верующим.

Окасана Куропаткина (религиовед)

Принятый закон несколько смягчен по отношению к предыдущей его редакции, но проблему не снимает. Верующих поставят перед выбором: либо соблюдать закон, либо свидетельствовать о своей вере и идти против государства. Выбрать закон могут только те, кто не ведет активной церковной деятельности. Запрет на любую религиозную деятельность в жилых зданиях, кроме религиозных обрядов, ставит под удар все домашние группы по чтению Библии (или для изучения других священных книг), которые давали возможность пригласить внешнего человека, чтобы он в неформальной обстановке познакомился с верующими и их учением. Если привлечение к ответственности миссионеров «без бумажек» возможно только если они склоняют к самоубийству и т.п., как пояснила матушка Ксения (Чернега), то тогда непонятно, зачем нужны эти запреты: склонять к самоубийству и так нельзя, безо всякого миссионерства.

Некоторые православные, возможно, рассчитывают, что их этот закон не коснется - и в чем-то они правы. Только они забывают, что принцип "закон что дышло" подчиняется в конечном итоге только тому, кто этот закон применяет. То есть - если чиновники захотят, то под ударом может оказаться любая самая миссионерски активная община, в которой есть неформальное общение верующих и неверующих. И последнее: я думаю, что нормы законы исполнить невозможно - значит, будут массовые его нарушения. Будет расти стремление обойти законы, и без того процветающее на российских просторах, и отчуждение от государства людей, ранее вполне лояльно настроенных по отношению к власти. Зачем это нужно, непонятно.

Аарон Гуревич (Главный военный раввин России):

Эти поправки существенно меняют ситуацию в самом принципе функционирования религиозных структур, в том числе традиционных.

Есть несколько моментов, которые вызывают опасения. Это, в частности, ведение религиозной деятельности вне культовых зданий. Речь идёт об использовании различных залов, где мы (представители иудаизма - ред.) проводим праздники и прочие мероприятия. Если из уст священнослужителя прозвучат слова о вере, то это может быть истолковано как нарушение законодательства.

Кроме того, существуют малые общины, у которых нет собственных культовых зданий и они используют арендуемые помещения. Кроме того, один из обрядов, например, обрезание ребёнка, может проводиться в частном доме. Такие действия могут отнести к религиозной деятельности, которая должна совершаться только в синагоге».

Константин Бендас (епископ, замглавы Российского объединённого союза христиан веры евангельской):

Это преступный закон. Он направлен против искренних верующих людей, против церкви, против религии. Принятие предлагаемых поправок повлечет нарушение конституционных прав граждан на свободу распространять свои религиозные убеждения и жесткую цензуру всех СМИ и интернета. Теперь в рамках газетного интервью или в ходе дискуссии телевизионного ток-шоу никто не сможет говорить на религиозные темы, цитировать священные тексты без особого разрешения на миссионерскую деятельность от религиозной организации и только в пределах некоей "территориальной сферы ее деятельности".

Дело даже не в том, что по такому важному вопросу, как государственно-религиозная политика, не было никаких консультаций ни с крупнейшими религиозным организациями, ни с экспертным сообществом. Опасность для государства представляют люди, облеченные властью, которые пытаются тайно провести законы запрещающие миллионам своих сограждан открыто говорить о своей вере.

Если бы мы не подняли шум, то, вероятно, уже с 20 июля на улице наших городов было бы нельзя говорить о Боге без специальной справки. Понимаете, о водке можно, об оружии можно, а за упоминание о Боге - штраф от 5 до 50 тысяч... Это похоже на безумие. Печально, если авторы и лоббисты этих новаций продолжат свою деятельность во власти.

http://www.refnews.ru/read/article/1393374

СБОР ПОДПИСЕЙ ЗА ОТМЕНУ ЗАКОНА ЯРОВОЙ

Затмение игумении Ксении (Чернеги).

Известный церковный публицист Сергей Чапнин написал у себя в фейсбуке по поводу одиозного «антимиссионерского закона» (в общем одиозном же «пакете Яровой»):

«Сергей Чапнин

25 июня в 22:34 ·

Игумения Ксения (Чернега) пишет, что Московская патриархия довольна тем, что в пакте новых поправок к закону о свободе совести "сохранены нормы, запрещающие религиозным организациям осуществлять в жилых помещениях любые виды религиозной деятельности, кроме религиозных обрядов". Я тут что-то не понимаю. Например, если ко мне придут друзья, то прочитать с ними акафист - это законно, а поговорить о нынешнем состоянии РПЦ - это уже противозаконно? И, если дети собрались поставить для родителей и друзей "Вертеп" - за это можно быть привлеченным к административной (уголовной?) ответственности? Поясните, кто в этом уже разобрался

Очевидно, что вразумительного ответа на ясный и резонный вопрос Сергея Чапнина от агитатора за антимиссионерский закон ждать не приходится.

Действительно, ответить нечего.

Запрет проповедовать в жилых помещениях не может быть оправдан рационально.
Даже священник, приходящий освящать квартиру, по этим новым абсурдным правилам дегенератов во власти не будет иметь права звать проживающих в ней в церковь.
У Чернеги недостаточно серого вещества, чтобы это понять? Не говоря уже о явных проблемах с совестью.
Дикость - и требование для занимающихся проповедью непрменнно официальных бумажек. Это форма гонения на веру. И теперь надо ждать появления новых тысяч преследуемых за веру, в том числе и православных, как и при советской власти, - пусть не отправляемых в тюрьмы и лагеря, но душимых разорительными штрафами, обязательными работами, прочими формами репрессий. Что Чернегам, как можно понять, вовсе неинтересно.

Даже при некоторых смягчающих поправках, свободу вероисповедания в России этот закон упразднил.

А матушке Ксении хочется заметить, что она, - хоть и не обычный смертный человек, а целая огромная игумения, - когда защищает очевидную тоталитарную мерзость, от которой неминуемо пострадают многие тысячи людей, в том числе представители ее же конфессии, совершает небогоугодное дело. И так в Интернете уже пишут, - не знаю, насколько это верно, - что Московская Патриархия якобы пролоббировала искусственно создающий преимущества РПЦ в проповеди перед другими конфессиями, нарушающий Конституцию РФ закон (точнее, часть закона "пакета Яровой"). Хотелось бы верить, что это не так. Во-вторых, игумения Чернега – по своему статусу не более, чем юрисконсульт, функционер среднего звена, она не может говорить за всю Церковь. Как руководитель юридического отдела, она не имеет права высказывать пренебрежение конституционными принципами, пусть они в значительной мере существуют теперь только на бумаге.

"Как Сталин использовал церковь... " (Моя статья в РБК как члена Вольного исторического общества).

          


Общее прошлое: Как Сталин использовал церковь для победы в войне


                    Игорь Курляндский,
научный сотрудник Центра истории религии и церкви Института российской истории РАН, член ВИО

                                    Сталинская «оттепель» в отношении православной церкви, начатая во время Великой Отечественной войны, была лишь тактическим маневром в сложное для страны время. Умеренная легализация быстро сменилась новым витком репрессий


К числу тактических сталинских поворотов относится наступивший после террора 1930-х годов так называемый новый курс в церковно-государственных отношениях. Он возник в 1941 году, вскоре после начала войны, и активно проводился после знаменитой встречи Иосифа Сталина в Кремле с тремя митрополитами в ночь на 5 сентября 1943 года. В ответ на патриотическую позицию верующих правительство пошло на частичную легализацию церкви. Были восстановлено Патриаршество, Синод, разрешены архиерейские соборы, а затем и Поместный собор, учреждены епархии и открыты многие приходы и церкви, разрешены монастыри, свечные заводы, церкви были возвращены мощи некоторых почитаемых святых. Многие выжившие церковнослужители были возвращены из лагерей и тюрем. Назначались епископы, рукополагались священники. Многие церковные общины, загнанные ранее гонениями в подполье, теперь легализовывались. Важным было и предоставление религиозным организациям права «ограниченного юридического лица». Было открыто несколько духовных учебных заведений (РПЦ спустя много лет снова получила возможность легально готовить свои «кадры»), было разрешено издавать богослужебную литературу и единственный церковный журнал. Существенно уменьшились гонения на верующих. С начала войны была прекращена антирелигиозная пропаганда.

Избрание «нового курса» было вызвано не сентиментальной расположенностью вождя к религии, а сугубо прагматическими расчетами. Учитывалась активная патриотическая позиция РПЦ: церковные проповеди воодушевляли население, среди верующих собирались иногда немалые средства в фонд обороны. Этот духовный «рычаг» было бы глупо не использовать в экстремальной ситуации войны. У Сталина были также планы внешнеполитического использования церкви — религиозные деятели могли быть искусными проводниками советского влияния в мире, особенно в Европе. Правильным считалось и пойти навстречу союзникам, требовавшим от СССР терпимости в отношении религии. Шла и борьба за влияние на религиозные организации на оккупированных территориях. Гитлеровцы часто не препятствовали шедшему «снизу» церковному возрождению. Надо было шире привлекать на свою сторону население освобождаемых областей, показывать ему, что советские — больше не гонители религии.

Казалось, церковь совершенно ожила после нескончаемой полосы стеснений и репрессий и может теперь развернуть свою деятельность. Однако этот сталинский «либерализм» имел свои жестко очерченные границы. Так, наибольший прирост давали церкви, открытые на оккупированных территориях, что было позволено в тактических целях германским командованием. Советские люди открыли в оккупации тысячи храмов, массово закрывать которые снова было пока нецелесообразно. Постановлениями о порядке открытия церквей 1944–1945 годов была создана система, при которой процесс церковного возрождения становился весьма затруднительным: «сито» местных властей всячески сдерживало инициативы верующих. Масса разных условий не позволяла открывать церкви. По докладной Сталину Совета по делам РПЦ, в 1944–1947 годах разрешено было открыть всего 1270 церквей, по которым было 4576 ходатайств верующих (22,7% от общего числа ходатайств). Отклонено оказалось 15 567 ходатайств (76,3%) на 4418 церквей.

Похожая ситуация возникла и с монастырями. Почти все открытые в ходе «нового курса» обители находились на ранее оккупированных территориях. Исключение составила только Троице-Сергиева лавра. Советская власть при Сталине так и не дала церкви ни типографии, ни земли, ни значительной собственности, ни полноценного юридического статуса. Инициативы патриарха Алексия, связанные с расширением прав и влияния РПЦ, игнорировались. Разрешенная сеть духовных учебных заведений для масштабов страны была мизерной и совершенно недостаточной для воспроизводства священников, учились там считаные единицы. Многие отсеивались. Патриарх жаловался, что священнические вакансии приходилось занимать малограмотными, случайными и сомнительного поведения людьми. Не была разрешена РПЦ миссионерская деятельность, а благотворительная прекратилась с окончанием войны, когда отпала необходимость помощи фронту. Власть с помощью органов госбезопасности и партаппарата зорко следила, чтобы «церковники» не влияли на образование и воспитание подрастающей молодежи, не проникали в школы и клубы, не «отравляли» сознание советских работников, коммунистов и комсомольцев. Церковнослужители и миряне в рамках сталинского «нового курса» были опутаны многими стеснениями и ограничениями. Они продолжали находиться под подозрением властей как ненадежные элементы, жили под прицелом карательных органов.

Вопреки ожиданиям Сталин не прекратил политику «нового курса» и после достижения победы над врагом. Использование церкви занимало важное место в амбициозных внешнеполитических планах вождя в 1945–1948 годах. Поддержанный чиновниками, он хотел созвать в Москве новый Вселенский собор, который мог бы провозгласить Московскую патриархию центром мирового православия, что было важно для расширения влияния сталинского СССР. Однако план потерпел неудачу в силу отказа некоторых православных патриархов его поддержать. После этого фиаско Сталин к церкви заметно охладел. И последовали наказания: с 1948 года до самой смерти вождя власть больше не разрешила открыть ни одной православной церкви в СССР, как и ни одного молитвенного дома других конфессий. Храмы продолжали в больших количествах закрывать. К 1949 году из занятых в годы оккупации под церкви и молитвенные дома 1701 здания было изъято 1150 (67,6%). В 1950 году по сравнению с предшествующим годом количество православных храмов в СССР уменьшилось на 410 единиц, в 1951 году — еще на 177. Усилились репрессии священнослужителей по сфабрикованным обвинениям в «антисоветской деятельности». Историк М.В. Шкаровский пишет: «Если в 1948 году органы государственной безопасности арестовали по религиозным делам 3296 человек, в том числе 357 служителей культа, то в 1949 году — соответственно 6456 и 571, в 1950 году — 6072 и 455, в 1951 году — 5477 и 273, а в 1952 и 1953 годах — еще 5187, в том числе 130 служителей культа (подавляющее большинство из них составляли православные верующие)». Были проведены иные «ограничительные мероприятия» в отношении РПЦ. Запрещались совершение треб на дому, крестные ходы из села в село, молебны на полях, продажа предметов культа вне храмов и т.д. Пресекалась любая деятельность церкви за церковной оградой.

Изложенные выше факты говорят о том, что Сталин после войны повел себя с верующими по обычному для него вероломному сценарию. Обещанная на встрече с иерархами жизнь церкви без препятствий не была реализована. Сталин поставил разрешенные им структуры под жесткий пресс тоталитарного государства. Умышленно лишенные обратной связи с обществом, они находились в тисках своеобразного «гетто». Как заметил священник Александр Борисов, «Сталин отвел церкви скромную роль исторического заповедника, поддерживающего патриотические чувства, и одновременно безопасной для его режима тихой гавани для пенсионеров». Поэтому и говорить о «церковном возрождении» в сталинские годы нет достаточных оснований. «Новый курс» не рассматривался и Сталиным как постоянная в перспективе политика. Советское коммунистическое государство оставалось атеистическим и не собиралось в будущем отказываться от нового антирелигиозного наступления, а сталинская «оттепель» была именно конъюнктурным тактическим поворотом. И наступившие после хрущевские гонения стали закономерным развитием событий.

http://www.rbc.ru/opinions/society/09/05/2016/573023009a7947b91c0c421c

Моя статья в РБК как члена Вольного исторического общества - первый опыт такого выступления в этом престижном издании. Это совместный проект РБК и ВИО. Думаю, что сотрудничество будет продолжено, и мои колонки здесь будут еще появляться. Требования жесткие там - ограничение по объему, никаких ссылок, именно научно-популярный текст. Слово "Церковь" (в отношении РПЦ) у меня в оригинале была везде с большой буквы -  заменили на маленькую. Таковы, очевидно, требования издания. Заголовок тоже изменили немного. Вначале было короче "Как Сталин православную Церковь использовал" (имелось в виду и в ходе войны и после).

Мое участие в конференции ПСТГУ "Актуальные проблемы Русской Православной Церкви в ХХ в." Анонс.

Ежегодная богословская конференция
Актуальные проблемы Русской Православной Церкви в ХХ веке
20 и 21 января 2016 г.

Руководитель: д.ц.и., к.и.н. иерей Александр Мазырин
e-mail: am@pstbi.ru

20 января 2016 г., среда
Место проведения: Актовый зал ПСТГУ
Время проведения: Начало в 10:00


  1. Ефремова Ольга Николаевна (Москва, ПСТГУ).
    Состояние монашествующих в Псковской епархии в 1905–1907 гг.: по материалам дневника епископа Арсения (Стадницкого).

  2. Воронцова Ирина Владимировна, к.и.н., к.б. (Москва, ПСТГУ).
    Обсуждение в Предсоборном присутствии 1906 г. вопроса о социальной активности духовенства и участии в работе общественно-государственных учреждений.

  3. Купрянович Фома Владимирович (Варшава, Христианская Богословская Академия).
    Бывшие оптинские послушники в Польше.

  4. Баконина Светлана Николаевна, к.и.н. (Москва, ПСТГУ).
    Роль митрополита Сергия (Страгородского) в судьбе епископа Неофита (Коробова).

  5. Смолякова Инна Николаевна (Москва, ПСТГУ).
    Последний келейник Патриарха Тихона Константин Пашкевич.

  6. Зимина Нина Павловна, к.биол.н. (Уфа, ПСТГУ).
    «Полуобновленчество» и иные деструктивные явления в Патриаршей Церкви (1922-1925 гг.)

    Перерыв 13:00 – 14:00


  7. Петрова Татьяна Викторовна (Москва, Даниловский благовестник, ПСТГУ).
    Московский Данилов монастырь во времена гонений по материалам следственных дел 1920–1930-х гг.

  8. Шевченко Татьяна Ивановна, к.б., к.и.н. (Москва, ПСТГУ).
    Дело "нелегального монастыря" валаамских монахов в Москве 1930 г.

  9. Диакон Сергий Николаев, маг. теол. (Москва, ПСТГУ).
    Деятельность священномученика архиепископа Серафима (Самойловича) в Архангельской ссылке. 1933-1934 гг.

  10. Мелехова Галина Николаевна, к.и.н. (Москва, Николо-Угрешская ПДС).
    Судьба одного каргопольского монаха.

  11. Обозный Константин Петрович, к.и.н. (Псков, СФИ).
    "Горькая правда" церковной истории: к вопросу о возможной канонизации сотрудников Псковской Православной Миссии.

  12. Белякова Надежда Алексеевна, к.и.н. (Москва, ИВИ РАН).
    Протестная активность западно-украинских приходов Русской православной церкви в середине 1970-1980-х гг.

  13. Протоиерей Димитрий Сазонов, к.б. (Костромская епархия, ОЦАД).
    Проблемы приходской жизни как показатель религиозного состояния общества в брежневский период (по материалам Центральной России)

21 января 2016 г., четверг
Место проведения: Актовый зал ПСТГУ
Время проведения: Начало в 10:00


  1. Беглов Алексей Львович, к.и.н. (Москва, ИВИ РАН).
    Демарш митрополита Питирима 1916 г.: приходской вопрос в последний год Российской империи.

  2. Ковырзин Константин Владимирович, к.и.н. (Москва, ПСТГУ).
    Поместный Собор Российской Православной Церкви 1917-1918 гг. и "проект декрета" об отделении Церкви от государства М. Галкина.

  3. Леонов Сергей Викторович, д.и.н. (Москва, МПГУ). Начало антицерковного террора в ходе Октябрьской революции.

  4. Бирюкова Юлия Александровна, к.и.н. (Шахты, ПСТГУ, ИСОиП ДГТУ).
    Материалы Особой комиссии по расследованию злодеяний большевиков при Главнокомандующем Вооруженными силами на Юге России как источник по истории Церкви.

  5. Милякова Лидия Борисовна, к.и.н. (Москва, ПСТГУ).
    Советские органы образования и отделение школы от Церкви в 1918 г.

  6. Аристова Кира Георгиевна, к.и.н. (Пенза, ОЦАД).
    Деятельность архиепископа Иоанна (Поммера) по организационному устройству Латвийской Православной Церкви в 1922-1926 гг.: практическая реализация постановлений Поместного Собора 1917-1918 гг.

    Перерыв 13:00 – 14:00


  7. Анашкин Дмитрий Павлович (Москва, ПСТГУ).
    Братство Русской Правды. По материалам фонда есаула Ларина из архива Свято-Троицкой Духовной семинарии.

  8. Лобанов Вячеслав Викторович, к.и.н. (Москва, ИРИ РАН).
    К истории «обновленческого» раскола в Московской епархии в 1926 г.: деятельность Комиссии по объединению обновленческих общин г. Москвы.

  9. Курляндский Игорь Александрович, к.и.н. (Москва, ИРИ РАН).
    Некоторые особенности архивных дел ведомства ОГПУ-НКВД по истории гонений на религию и Церковь в 1920–1930-е гг.

  10. Цыков Иван Валерьевич, к.и.н. (Тверь, Мемориал «Медное»).
    Социальный портрет православного священника накануне «Большого террора» (по материалам уголовно-следственных дел НКВД).

  11. Филиппов Борис Алексеевич, к.и.н. (Москва, ПСТГУ).
    Франклин Рузвельт, Пий XII и проблемы репутации СССР.

  12. Мельникова Ия Евгеньевна, к.т.н. (Москва, ПСТГУ).
    К истории взаимоотношений Католикоса-Патриарха всея Грузии Каллистрата (Цинцадзе) с председателем Совета по делам РПЦ Г. Г. Карповым в 1944-1945 гг.

Вишиванюк Анна Васильевна (Москва, ПСТГУ).
Обстоятельства провозглашения автокефалии Польской Православной Церкви в 1948 г. (по материалам ГА РФ).                                                                http://pstgu.ru/scientific/conference/xxvi/winter15/problems_20v/             

Выступаю 21 января на проводимой ежегодно Православным Свято-Тихоновским государственным университетом научной богословской конференции Актуальные проблемы Русской Православной Церкви в ХХ веке (220 и 21 января 2016 г).
Руководитель: д.ц.и., к.и.н. иерей Александр Мазырин
с докладом "Некоторые особенности архивных дел ведомства ОГПУ-НКВД по истории гонений на религию и Церковь в 1920–1930-е гг. " Также участвует мой коллега по ИРИ РАН, ученый секретарь нашего центра к.и.н. В.В. Лобанов, историки Ю.А. Бирюкова и И.В. Цыков, оппонентом у которых на защитах их кандидатских диссертаций я был, известные мне историки Церкви и религии из ИВИ РАН к.и.н. Н.А. Белякова (дочь моей коллеги по центру Е.В. Беляковой) и А.Л. Беглов, также многие другие уважаемые специалисты (см. программу конференции).

              

Чапнин против Чаплиных. Часть третья. Организационные выводы.

Патриарх Кирилл (Гундяев) действительно уволил Сергея Чапнина с занимаемых им постов – заместителя главного редактора издательства Московской Патриархии и главного редактора Журнала Московской Патриархии, при том, что Чапнин был на этих должностях известен своим высоким профессионализмом. Причина – произнесенный 9 декабря сего года в Московском центре Карнеги Чапниным доклад «Православие в публичном пространстве: война и насилие, святые и герои» http://chapnin.ru/articles/pravoslavie_v_publichnom_prostranstve_266/?m=print

, в котором оратор открыто и смело выступил против влиятельной теперь партии реакционеров, «имперцев», сталинистов и черносотенцев, сторонников слияния Церкви с государством, обласканных властями эпатажных клоунов в публичном пространстве (вроде протоиерея Чаплина), показал их вредность для церковного сознания в первую очередь. В докладе было о новой ситуации молчания в РПЦ и профанации понятия святости отдельными деятелями. Доклад этот был без резкостей, грубых выпадов, составлен в корректном тоне и отличался аналитичностью. Проще говоря, Чапнин был уволен патриархом за «право сметь свое суждение иметь», за инакомыслие, при том не выходящее за рамки церковных канонов и догматики, и за атаку на некоторых уважаемых наверху сил и людей. Ведь понятно, что, раз за выпад против определенной партии выгоняют человека, то эта партия пользуется уважением и благосклонностью начальства – нынешнего руководства Московской патриархии. Оргвывод здесь логичен для системы, хотя отвратителен с точки зрения обычных морально-этических норм. В самом деле: не «своего» же, полезного даже в своей постмодернистской экстравагантности, отца Всеволода в этом случае выгонять, что бы он публично, извините, ни нес и как бы ни тешил при этом публику. Погром в этой официальной плоскости побеждает мирный протест. А мракобесное шутовство и пещерное доносительство – интеллект и порядочность. Стал широко известен редакционный печатный донос на Чапнина и его выступление сталинистско-черносотенной «русской народной линии» http://ruskline.ru/news_rl/2015/12/16/pyataya_kolonna_vnutri_cerkvi/,       со свойственными этому изданию ложью, ярлыками, передержками, упертой тупостью и ксенофобскими комплексами. Донос твердо выдержан в стилистике громящих «безродных космополитов» советских газет 1940-х годов, с гневом задетых «за живое» реакционеров-«ымперцев» и с предположением сделать оргвыводы в отношении «строптивого» Чапнина, а именно снять его с занимаемых должностей, что вскоре, к их вящей радости, и последовало. Но сняли, думается, не из-за этого доноса (или не только из-за него, таких доносов и неопубликованных последовало, наверняка, довольно), а именно из-за содержания самого доклада, и это наводит на грустные размышления.

Грусть эту смягчает понимание, что не все и в Церкви едины с мнением «распни» и «растопчи» охальника.

Так, протоиерей Вячеслав Баскаков написал у себя в фейсбуке следующее:

«Уволили Сергея Чапнина.

Я участвовал почти во всех его фестивалях "Вера и Слово".

В интернете пишут:
...Церковное руководство потеряло высокопрофессионального журналиста и честного человека, переживающего за происходящее с русской церковью. Более того, именно Сергей превратил ЖМП из чего-то затхлого во вполне нормальное, пусть и официальное, издание. Бездумная лояльность, увы, рано или поздно торжествует над профессионализмом, христианством и искренностью».

https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1667104700195303&id=100006873677569&fref=nf&pnref=story

Таких откликов от церковных и православных людей в эти дни немало.

Тех самых, кого разные «русские народные линии» клеветнически обзывают «пятыми колоннами».

И в заключение немного о героях доклада Сергея Чапнина из стихотворения Саши Черного «Пастырь добрый»:

                           В каждом слове - кровожадность,

                        Пресмыканье, фарисейство,

                        И смиренная "лампадность",

                        И высокое лакейство.

                        Христианнейший язычник

                        Черной злобою пылает, -

                        Где тут пастырь, где опричник -

                        Пусть досужий разбирает...