Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Поэты об Истории. Денис Фонвизин (1745 – 1792)

ФОНВИЗИНznamenitye_ovny_027
О нем:

http://ru.wikipedia.org/wiki/%D4%EE%ED%E2%E8%E7%E8%ED,_%C4%E5%ED%E8%F1_%C8%E2%E0%ED%EE%E2%E8%F7

Собрание сочинений Д.И. Фонвизина (М., 1959 г.)

http://www.rvb.ru/18vek/fonvizin/toc.htm

Книга покойного замечательного филолога Станислава Рассадина о Фонвизине

http://az.lib.ru/f/fonwizin_d_i/text_0120.shtml

(Очень рекомендую)

Биография Фонвизина, написанная поэтом П.А.  Вяземским

 http://az.lib.ru/w/wjazemskij_p_a/text_1848_fonvizin.shtml

Мне больше нравится книга Вяземского.

Хотя, конечно, Денис Иванович – не поэт, а именно великий русский драматург, но, по свидетельству современников, стихи писал, и до нас дошло всего пять прелестных стихотворений, одно из которых (в тему) я и предлагаю читателям. У Д.И. был еще брат – поэт Павел Иванович Фонвизин (1746-1803), ректор  Московского университета. http://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A4%D0%BE%D0%BD%D0%B2%D0%B8%D0%B7%D0%B8%D0%BD,_%D0%9F%D0%B0%D0%B2%D0%B5%D0%BB_%D0%98%D0%B2%D0%B0%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87

Но собрания стихов П.И. я пока что не нашел.

Фонвизин Д.И.

ЛИСИЦА - КОЗНОДЕЙ

Басня

В Ливийской стороне правдивый слух промчался,
Что Лев, звериный царь, в большом лесу скончался.
Стекалися туда скоты со всех сторон
Свидетелями быть огромных похорон.
Лисица-Кознодей, при мрачном сем обряде,
С смиренной харею, в монашеском наряде,
Взмостясь на кафедру, с восторгом вопиет:
«О рок! лютейший рок! кого лишился свет!
Кончиной кроткого владыки пораженный,
Восплачь и возрыдай, зверей собор почтенным!
Се царь, премудрейший из всех лесных царей,
Достойный вечных слез, достойный алтарей,
Своим рабам отец, своим врагам ужасен,
Пред нами распростерт, бесчувствен и безгласен!
Чей ум постигнуть мог число его доброт?
Пучину благости, величия, щедрот?
В его правление невинность не страдала
И правда на суде бесстрашно председала;
Он скотолюбие в душе своей питал,
В нем трона своего подпору почитал;
Был в области своей порядка насадитель,
Художеств и наук был друг и покровитель».
«О лесть подлейшая! — шепнул Собаке Крот. —
Я знал Льва коротко: он был пресущий скот,

И зол, и бестолков, и силой вышней власти
Он только насыщал свои тирански страсти.
Трон кроткого царя, достойна алтарей,
Был сплочен из костей растерзанных зверей!
В его правление любимцы и вельможи
Сдирали без чинов с зверей невинных кожи;
И словом, так была юстиция строга,
Что кто кого смога, так тот того в рога.
Благоразумный Слон из леса в степь сокрылся,
Домостроитель Бобр от пошлин разорился,
И Пифик слабоум, списатель зверских лиц,
Служивший у двора честнее всех Лисиц,
Который, посвятя работе дни и ночи,
Искусной кистию прельщая зверски очи,
Портретов написал с царя зверей лесных
Пятнадцать в целый рост и двадцать поясных;
Да сверх того еще, по новому манеру,
Альфреско росписал монаршую пещеру, —
За то, что в жизнь свою трудился сколько мог,
С тоски и с голоду третьего дни издох.
Вот мудрого царя правление похвально!
Возможно ль ложь сплетать столь явно и нахально! »
Собака молвила: «Чему дивишься ты,
Что знатному скоту льстят подлые скоты?
Когда же то тебя так сильно изумляет,
Что низка тварь корысть всему предпочитает
И к счастию бредет презренными путьми, —
Так, видно, никогда ты не жил меж людьми».

Из старого, но актуального. Вознесение Шарикова.


"И только что было произнесено слово “милиция”, как благоговейную тишину обухова переулка прорезал лай грузовика и окна в доме дрогнули. Затем прозвучал уверенный звонок, и Полиграф Полиграфович вошел с необычайным достоинством, в полном молчании снял кепку, пальто повесил на рога и оказался в новом виде. На нем была кожаная куртка с чужого плеча, кожаные же потертые штаны и английские высокие сапожки со шнуровкой до колен. Неимоверный запах котов сейчас расплылся по всей передней. Преображенский и Борменталь точно по команде скрестили руки на груди, стали у притолоки и ожидали первых сообщений от Полиграфа Полиграфовича. Он пригладил жесткие волосы, кашлянул и осмотрелся так, что видно было: смущение Полиграф желает скрыть при помощи развязности.

—Я, Филипп Филиппович, — начал он наконец говорить, — на должность поступил.

Оба врача издали неопределенный сухой звук горлом и шевельнулись. Преображенский опомнился первый, руку протянул и молвил:

—Бумагу дайте.

Было напечатано: “Предъявитель сего товарищ Полиграф Полиграфович Шариков действительно состоит заведующим подотделом очистки города Москвы от бродячих животных (котов и пр.) В отделе МКХ”.

—Так, — тяжело молвил Филипп Филиппович, — кто же вас устроил? Ах, впрочем я и сам догадываюсь.

—Ну, да, Швондер, — ответил Шариков.

—Позвольте вас спросить — почему от вас так отвратительно пахнет?

Шариков понюхал куртку озабоченно.

—Ну, что ж, пахнет... Известно: по специальности. Вчера котов душили, душили..."  (с)