Category: религия

Category was added automatically. Read all entries about "религия".

Чапнин против Чаплиных. Часть третья. Организационные выводы.

Патриарх Кирилл (Гундяев) действительно уволил Сергея Чапнина с занимаемых им постов – заместителя главного редактора издательства Московской Патриархии и главного редактора Журнала Московской Патриархии, при том, что Чапнин был на этих должностях известен своим высоким профессионализмом. Причина – произнесенный 9 декабря сего года в Московском центре Карнеги Чапниным доклад «Православие в публичном пространстве: война и насилие, святые и герои» http://chapnin.ru/articles/pravoslavie_v_publichnom_prostranstve_266/?m=print

, в котором оратор открыто и смело выступил против влиятельной теперь партии реакционеров, «имперцев», сталинистов и черносотенцев, сторонников слияния Церкви с государством, обласканных властями эпатажных клоунов в публичном пространстве (вроде протоиерея Чаплина), показал их вредность для церковного сознания в первую очередь. В докладе было о новой ситуации молчания в РПЦ и профанации понятия святости отдельными деятелями. Доклад этот был без резкостей, грубых выпадов, составлен в корректном тоне и отличался аналитичностью. Проще говоря, Чапнин был уволен патриархом за «право сметь свое суждение иметь», за инакомыслие, при том не выходящее за рамки церковных канонов и догматики, и за атаку на некоторых уважаемых наверху сил и людей. Ведь понятно, что, раз за выпад против определенной партии выгоняют человека, то эта партия пользуется уважением и благосклонностью начальства – нынешнего руководства Московской патриархии. Оргвывод здесь логичен для системы, хотя отвратителен с точки зрения обычных морально-этических норм. В самом деле: не «своего» же, полезного даже в своей постмодернистской экстравагантности, отца Всеволода в этом случае выгонять, что бы он публично, извините, ни нес и как бы ни тешил при этом публику. Погром в этой официальной плоскости побеждает мирный протест. А мракобесное шутовство и пещерное доносительство – интеллект и порядочность. Стал широко известен редакционный печатный донос на Чапнина и его выступление сталинистско-черносотенной «русской народной линии» http://ruskline.ru/news_rl/2015/12/16/pyataya_kolonna_vnutri_cerkvi/,       со свойственными этому изданию ложью, ярлыками, передержками, упертой тупостью и ксенофобскими комплексами. Донос твердо выдержан в стилистике громящих «безродных космополитов» советских газет 1940-х годов, с гневом задетых «за живое» реакционеров-«ымперцев» и с предположением сделать оргвыводы в отношении «строптивого» Чапнина, а именно снять его с занимаемых должностей, что вскоре, к их вящей радости, и последовало. Но сняли, думается, не из-за этого доноса (или не только из-за него, таких доносов и неопубликованных последовало, наверняка, довольно), а именно из-за содержания самого доклада, и это наводит на грустные размышления.

Грусть эту смягчает понимание, что не все и в Церкви едины с мнением «распни» и «растопчи» охальника.

Так, протоиерей Вячеслав Баскаков написал у себя в фейсбуке следующее:

«Уволили Сергея Чапнина.

Я участвовал почти во всех его фестивалях "Вера и Слово".

В интернете пишут:
...Церковное руководство потеряло высокопрофессионального журналиста и честного человека, переживающего за происходящее с русской церковью. Более того, именно Сергей превратил ЖМП из чего-то затхлого во вполне нормальное, пусть и официальное, издание. Бездумная лояльность, увы, рано или поздно торжествует над профессионализмом, христианством и искренностью».

https://www.facebook.com/permalink.php?story_fbid=1667104700195303&id=100006873677569&fref=nf&pnref=story

Таких откликов от церковных и православных людей в эти дни немало.

Тех самых, кого разные «русские народные линии» клеветнически обзывают «пятыми колоннами».

И в заключение немного о героях доклада Сергея Чапнина из стихотворения Саши Черного «Пастырь добрый»:

                           В каждом слове - кровожадность,

                        Пресмыканье, фарисейство,

                        И смиренная "лампадность",

                        И высокое лакейство.

                        Христианнейший язычник

                        Черной злобою пылает, -

                        Где тут пастырь, где опричник -

                        Пусть досужий разбирает...

Чапнин против Чаплиных. Часть вторая. Донос.

Пятая колонна внутри Церкви

Проблемы церковной жизни
Оранжевая (белая) революция в России / 16.12.2015


Доклад Сергея Чапнина в Фонде Карнеги подтвердил, что она существует …

Вряд ли для кого-то секрет, что внутри Русской Православной Церкви существует русофобская «пятая колонна». Исповедуя идеологию либерализма, она печалится, когда Россия возвеличивается и побеждает. И радуется, когда Россия отступает, а Православие подвергается поношению.

У любой пятой колонны всегда имеются свои кураторы, которые финансируются недружественно настроенными государствами. Как показали события последних дней, кураторы внутрицерковной пятой колонны действуют через такой оплот американского влияния, как Московский центр Карнеги. Для справки: в настоящее время президентом Фонда Карнеги является Уильям Джозеф Бёрнс, занимавший в 2011-14 г.г. должность первого заместителя госсекретаря США.

Так недавно в московском офисе Фонда состоялась примечательная дискуссия. Модератором выступил руководитель программы (разработанной Центром) «Религия, общество и безопасность» Алексей Малашенко. Докладчиком же – лицо вполне официальное: заместитель главного редактора Издательства Московской Патриархии и ответственный редактор «Журнала Московской Патриархии» Сергей Чапнин. А назывался доклад «Православие в публичном пространстве: война и насилие, герои и святые».

Докладчик сходу разделил людей, говорящих от имени Церкви, на своих (приверженцев либеральной идеологии) и чужих. В разряд чужих попали: протоиерей Всеволод Чаплин, иерей Александр Шумский, иерей Сергий Карамышев, главный редактор РНЛ А.Д.Степанов. В разряд же своих – протодиакон Андрей Кураев, протоиерей Алексий Уминский, библеист и публицист Андрей Десницкий.

В дальнейшем Чапнин слегка лягнул епископа Тихона (Шевкунова), писателя А.А.Проханова, историка Н.А.Нарочницкую. О них с сожалением было особо сказано как «не последних в церковном истеблишменте людях».

Производя анализ отношений Государства, Церкви, Общества, оратор поспешил прибегнуть за помощью к генетике, поэтому вывод прозвучал ярко и креативно: «Советские гены победили православие, люди так и не стали православными, со Священным Писанием познакомились смутно, и теперь им кажется, что православное и советское органично сочетаются».

Это не иначе, камень в Патриарха. Действительно: разве приятно людям, близким к Фонду Карнеги, слушать слова Святейшего, сказанные еще более года тому назад на XVIII Всемирном русском народном соборе? – «Те, кто считает себя победителями в холодной войне, внушают всем, что определяемый ими путь развития — правильный и более того, единственно возможный для человечества. Доминируя в глобальном информационном пространстве, они навязывают миру свое понимание экономики и государственного устройства, стремятся подавить решимость отстаивать ценности и идеалы, отличные от их ценностей и идеалов, связанных, как мы знаем, с идеей потребительского общества».

Или такие слова Патриарха: «Нам нужен великий синтез высоких духовных идеалов древней Руси, государственных и культурных достижений Российской империи, социальных императивов солидарности и коллективных усилий для достижения общих целей, определявших жизнь нашего общества большую часть века ХХ-го, справедливое стремление к осуществлению прав и свобод граждан в постсоветской России. Синтез, который лежит за пределами привычной дихотомии "правые-левые". Синтез, который можно описать формулой "вера — справедливость — солидарность — достоинство — державность"».

Впрочем, фронда против Патриарха Кирилла не нова для церковного чиновника Сергея Чапнина. В ходе антицерковной провокации кощунниц Толоконниковой и Ко он открыто выступил против позиции Святейшего. И при этом продолжал и продолжает кормиться от Церкви, оставаясь церковным клерком!

Закончил свой доклад Чапнин на пацифистской ноте, которая всегда ласкает слух геополитических противников России. Они справедливо полагают, что безоружного победить намного легче, нежели вооруженного.

Дискуссия после доклада обнажила заинтересованность выступавших во внутрицерковной смуте. А собралась в Фонде Карнеги публика единомысленная докладчику, заединщики Сергея Чапнина, сплошь певцы экуменизма и модернизма, филокатолики и просто «добропорядочные либералы». Так, обозреватель радиостанции «Коммерсант FM» Константин Эггерт поинтересовался у докладчика: куда же делось «фундаменталистское крыло» Церкви, во главе которого стоял некогда епископ Чукотский Диомид, где группа его поддержки?

На это Чапнин ответил: «Те люди искали врага, когда им сказали, что враг Европа, Америка, поиск врага во внешнем мире оказался настолько увлекательным, что они полностью слились с мейнстримом». Вот в чем, оказывается, причина печали: во внутрицерковном примирении. Оно равносильно поражению разрушителей Христовой Церкви. От этого они ужасно страдают.

Еще горше тот факт, что либеральная идеология вытесняется куда-то на обочину. Остались в наличии лишь ее немногочисленные носители, которые становятся все более одинокими и от этого – все более печальными. Им кажется, что вокруг них все дышит враждой. И это заставляет обороняться. Отсюда закономерно, что несогласных внутри Церкви с либеральной идеологией Виктор Хруль, доцент кафедры социологии массовых коммуникаций факультета журналистики МГУ (в прошлом руководитель Информационного центра Конференции католических епископов России, так сказать, торжество экуменизма), обозначил как «партию войны». Видимо, «партия мира» - это католики и униаты. А постоянный автор антицерковного портала «Кредо.Ру» Роман Лункин, ведущий научный сотрудник Центра по изучению проблем религии и общества, добавил, будто эта «партия войны» вооружена «идеологией насилия».

На вопрос литературного критика, члена кочетковской общины Бориса Колымагина - «Что такое православный читатель?», Чапнин ответил лихо, видать, проболтавшись в пылу полемики о своих заветных желаниях: «Церкви как целого не существует, существуют разные субкультуры». Заветное желание – не иначе превратить Церковь из целого в субстрат субкультур. Тогда дело будет, что называется, в шляпе.

Михаил Шахов, профессор, член экспертного совета Комитета Госдумы по делам общественных объединений и религиозных организаций, высказал свою обеспокоенность по поводу того, что Церковь не спешит признавать покоящиеся в Петропавловской крепости останки неизвестных людей за святые мощи Царственных Страстотерпцев. Видать, названный факт сильно не вписывается в планы либералов. И это замечательно!

Итог дискуссии подвел модератор от Центра Карнеги: «советизм — это такая мимикрия, взаимное подстраивание. Государству церковь нужна, и чем дальше, тем больше будет нужна. Ничего нового, в сущности, не происходит, поведение церкви соответствует русской церковной политической культуре».

Нам кажется, вывод, вопреки всей недоброжелательности иностранного агента, последовал правильный, потому как слишком унылым, пессимистичным было выступление докладчика, равно как и вопросы-ответы. Неужели церковные люди будут печалиться от осознания того факта, что Церковь Государству нужна? Они будут только благодарить за это Господа Бога. А вот упорные, неисправимые, жестоковыйные, фанатичные либералы пусть печалятся.

Вот только пристало ли таким печальным, таким унылым, таким жестоковыйным и фанатичным занимать в Московской Патриархии руководящие посты?

Редакция «Русской народной линии»

http://ruskline.ru/news_rl/2015/12/16/pyataya_kolonna_vnutri_cerkvi/

Комментарии к этому «творчеству» см. в следующей части.

Православное духовенство окормляет Красную армию! Необычные фантазии М.И. Одинцова иА.С. Кочетовой

На снимке митрополит Николай (Ярушевич) при передаче армии танковой колонны им. Дмитрия Донского. 8 марта 1944 г.

Еще раз о том, - как создаются легенды…

Уже подвергал у себя в блоге критике отдельные места недавней монографии историков М.И. Одинцова и А.С. Кочетовой «Конфессиональная политика в Советском Союзе в годы Великой отечественной войны» (М., 2014) , вышедшей в издающейся Росспэном серии «История сталинизма».

(См. Лакировка.

http://igorkurl.livejournal.com/481679.html

«В покаяние своей предшествующей деятельности»

http://igorkurl.livejournal.com/482021.html)

Ознакомился с этой книгой полностью. Мое впечатление о ней – абсолютно отрицательное. Это не анализ, а лакировочные описания, пусть и приправленные массой фактов, - по большей части, давно известных по работам самого Одинцова и ряда других историков.

Но все-таки настоящей неправды историки, так или иначе, должны избегать, если они, конечно, претендуют на определенный научный уровень и профессионализм. В этом - одно из их отличий от публицистов, которые зачастую не несут ответственности за приводимые ими сведения.

Так вот что мне встретилось и «слегка» озадачило (обратите внимание на выделенный текст):

«С РАЗРЕШЕНИЯ ВЛАСТЕЙ ПРАВОСЛАВНОЕ ДУХОВЕНСТВО БЫЛО ДОПУЩЕНО В ДЕЙСТВУЮЩУЮ АРМИЮ. СВЯЩЕННОСЛУЖИТЕЛИ БЕСЕДОВАЛИ С КОМАНДИРАМИ, ПОЛИТРАБОТНИКАМИ И С БОЙЦАМИ, ЗАЧИТЫВАЛИ И РАСПРОСТРАНЯЛИ В ВОЙСКАХ ПАТРИОТИЧЕСКИЕ ПОСЛАНИЯ И ОБРАЩЕНИЯ ИЕРАРХОВ ЦЕРКВИ. К примеру, о встречах Николая (Ярушевича) с офицерским составом действующей армии так вспоминал сопровождавший его протоиерей А. Медведский: «На больших офицерских собраниях митрополит Николай говорил о вере, о религии, о смысле жизни. С каким вниманием и интересом, с каким сочувствием слушали офицеры, какое он на них производил впечатление, и какие интересные беседы потом завязывались». (с. 113).   

(Сноска внизу страницы: Митрополит Николай (Ярушевич). Воспоминания владыки Василия Кривошеина // Церковный общественный вестник. 5 июня 1997 № 17. С.11).

К огорчению М.И. Одинцова и А.С. Кочетовой, выделенный выше их текст является неправдой, он прямо не соответствует действительности; обобщение, произведенное ими, - необоснованно, ненаучно и неправомерно.

Священноцерковнослужители на самом деле в годы Великой отечественной войны присутствовали в действующей армии – но в качестве обычных воевавших на фронтах солдат и офицеров. Участвовали они и в партизанских отрядах. Такие случаи описаны в работах церковных историков – О.Ю. Васильевой, В. Н. Якунина и других. Ситуация переменилась в 1943 г. , после известного «конкодарта» Сталина и иерархов, когда для заполнения вакансий во вновь создаваемых епархиях РПЦ священники стали отзываться с фронта (а некоторые освобождались из лагерей). А за все годы войны (1941-1945 гг.), - и до встречи митрополитов со Сталиным, и после, - и речи не могло быть о том, чтобы представителей православного духовенство допускали в армию на правах религиозных просветителей, миссионеров и проповедников, - так, чтобы они беседовали там с солдатами, политработниками и офицерами на религиозные темы с разрешения властей. Такие случаи могли быть в частных разговорах со стороны священноцерковнослужителей (как солдат и офицеров), но они носили сугубо неофициальный характер, не могли не быть тайными, - весьма серьезной была угроза преследования за это со стороны сталинских карательных органов в армии (СМЕРШ, НКГБ), как за «антисоветскую пропаганду».

Что касается приведенного авторами единичного примера участия митрополита Николая (Ярушевича) во встрече с бойцами и офицерами, то две подобные встречи действительно имели место 8 и 30 марта 1944 г., но касалась они конкретного повода, - передачи армии танковой колонны имени Дмитрия Донского, построенной на средства духовенства и верующих. Эти события подробно описала в своей книге «Русская православная Церковь в политике советского государства в 1943 – 1948 гг.» (М., 2001 г.) историк, д.и.н. О..Ю. Васильева

8 марта 1944 г. состоялся день передачи колонны армии под Тулой и митинг, посвященный этому событию, «на котором перед танкистами по поручению Патриарха всея Руси выступил митрополит Крутицкий Николай. Это была первая официальная встреча представителя духовенства Русской Православной Церкви с бойцами и командирами Красной Армии.» (Васильева О.Ю. Указ. соч. С. 71-72.). Очевидно, что именно этой встречи и касается фрагмент воспоминаний протоиерея А. Медведского. Полагаю, им записаны впечатления от бесед митрополита Николая в ходе этой разрешенной официально поездки.

Теперь о второй встрече 30 марта 1944 г. в Москве, - т.е. вне действующей армии.

О.Ю. Васильева считает, что она состоялась «без поддержки и не по инициативе Сталина», называя ее главным организатором председателя Совета по делам РПЦ Г.Г. Карпова. (Там же. С. 72). Трудно поверить, однако, что вождь не был в курсе.

На приеме присутствовали от армии – генерал-лейтенант армии Н.И. Бирюков, от Церкви - патриарх Сергий, митрополиты Алексий (Симанский) и Николай (Ярушевич). Васильева приводит выдержки из выступления Н.И. Бирюкова (из стенограммы этой встречи). (С. 72).

Всё - о документально зафиксированных встречах с участием митроп. Николая.

Можно сделать вывод, что авторы монографии М.И. Одинцов и А.С. Кочетова создают у читателя ложное представление о бытовании на фронтах Отечественной не существовавшей в реальности практики.

«Объективно неизбежное насилие».

Авторитетные историки Михаил Одинцов и Анна Кочетова в своей книге о конфессиональной политике советской власти в годы войны (недавно вышедшая в серии «История сталинизма» в издательстве Росспэн монографии «Конфессиональная политика в Советском Союзе в годы Великой отечественной войны» (М., 2014)) посвятили несколько страниц вводной главы оправданию идеологии большевизма (марксизма) - дескать, она сама по себе не имеет отношения к гонениям власти на религию (с. 8 -14). Системы доказательств у авторов - никакой: просто им то-то кажется и они так считают. Отсутствуют в данном сюжете ссылки на документы и - самое главное - нет цитат и анализа произведений о религии и тех авторов, которых в советское время называли "классиками марксизма", и просто ведущих марксистских идеологов, их предшественников, - например, Фейрбаха, Маркса, Энгельса, Ленина. Равно как теоретиков из ближайших соратников Ленина (после прихода большевиков к власти) - Бухарина и Троцкого. Ведь все указанные авторы прямо учили тому, что религия в будущем счастливом обществе будет изжита, а ее место займет наука, научный взгляд на явления. Парадоксально, но исследователей просто в этом случае не интересуют источники по вопросу, по которому они пишут суждения. По версии Одинцова-Кочетова получается, что большевики, придя к власти, установили нормальное светское государство с принципом отделения Церкви от государства - как это было принято и в европейских странах (следуют вырванные из исторического контекста ссылки на зарубежный опыт, якобы то же самое, что осуществляли большевики, предлагали кадеты и другие представители тогдашнего либерального движения в России - с. 10).

Оправданию самих большевистских гонений на религию и церковь периода гражданской войны Одинцов и Кочетова тоже нашли нужные, выстраданные ими слова: "Претворение в жизнь идеи светского государства сопровождалось ОБЪЕКТИВНО НЕИЗБЕЖНЫМ НАСИЛИЕМ и различными ограничениями по отношению к церквам, верующим, да и неверующим". (с. 9) С какого бока Одинцовым-Кочетовой здесь были приписаны "да и неверующие", - ученым и не-ученым остается только гадать. Десятилетие 1917-1927 гг. эти пробольшевистские авторы называют именно "становлением светского государства" (11). Понятие "атеистическое государство" по отношению к государству "диктатуры пролетариата" они бесповоротно отвергают. Без всяких источников и аргументов. Только потому, что оно им применительно к 1917-1927 гг. не нравится.

Анонс. Научная конференция по истории религии в годы войны 1941-45 гг. (Спб., 23-24 апреля 2015).

Намерен послать заявку.

        

Международная научно-практическая конференция «РЕЛИГИЯ И ВЛАСТЬ». К 70-летию Победы в Великой Отечественной войне.





Министерство культуры Российской Федерации

Государственный музей истории религии

Санкт-Петербургское отделение Российского общества интеллектуальной истории

проводят

23 - 24 апреля 2015 года в Санкт-Петербурге

международную научно-практическую конференцию

«РЕЛИГИЯ И ВЛАСТЬ»

70-летию Победы в Великой Отечественной войне.

Оргкомитет конференции: директор Государственного музея истории религии Л.А. Мусиенко – председатель оргкомитета; заведующая кафедрой религиоведения и религиозной философии Санкт-Петербургского государственного университета, профессор, д.ф.н. М.М. Шахнович; главный специалист Российского государственного архива социально-политической истории, профессор, д.и.н. М.И. Одинцов; профессор кафедры философии религии и религиоведения СПбГУ, д.ф.н. Т.В. Чумакова; зам. директора ГМИР по научной работе, к.ф.н. Е.А. Терюкова; ст.н.с. ГМИР А.А. Буров – ответственный секретарь конференции.

В Древнем Риме существовал обычай: в дни мира двери святилища бога Януса (двуликого стража порогов и границ) затворялись, а когда шла война, они стояли открытыми в знак того, что божество вышло для несения караула. Храм Януса от времен Нумы до Августа за семьсот лет стоял закрытым лишь однажды, да и то всего несколько месяцев.

Увы, человечество воевало и воюет постоянно, и не только в эпоху античности. И так же неизменно перед лицом смертельной опасности обращение людей к религиозным ценностям. Будь то человек власти, напоминающий гражданам своей страны о священном долге защиты отечества с трибуны, или пехотинец в сыром окопе, судорожно сжимающий перед атакой заветный символ, или шепчущая в бомбоубежище слова молитвы женщина.

В 2015 году исполняется 70 лет Победе, одержанной нашим народом в Великой Отечественной войне. К этой дате приурочена традиционная ежегодная международная научно-практическая конференция «Религия и власть». В этот раз она будет посвящена теме «Религия и война». Цель конференции – изучение разносторонних взаимоотношений религиозных объединений и институтов власти в связи с военными действиями в прошлом и настоящем. Особое внимание будет уделено роли религиозных объединений в годы Второй Мировой войны

К участию приглашаются специалисты в области религиоведения, истории, правоведения, политологии, социологии, психологии, государственного и муниципального управления, представители религиозных объединений.

Предлагаются следующие направления обсуждения:

·        Вопросы войны и мира в религиозном дискурсе;

·        Взаимодействие религиозных и общественных объединений с государственной властью в вопросах войны и мира на различных этапах истории (мировой и отечественный опыт);

·        «Священная война»: ортодоксия или ересь?;

·        Концепты «теократии», «империи» и «национального государства» с точки зрения религий;

·        Отечество Небесное и Отечество Земное - религии о патриотизме;

·        Деятельность религиозных объединений в период Великой Отечественной войны;

·        Взаимодействие власти, религиозных и общественных объединений в деле патриотического воспитания.

Для участия в конференции необходимо прислать до 30 марта 2015 г. заявку и резюме доклада (100 слов).

В заявке должны быть указаны: фамилия, имя, отчество, место работы и должность, ученая степень и звание, контактная информация (почтовый адрес, телефон, факс, электронный адрес)!

Предполагается предварительная публикация «Программы конференции» и размещение тезисов докладов на сайте музея.

Заявки на участие в конференции будут рассмотрены до 7 апреля 2015 г. По результатам рассмотрения будет произведена рассылка приглашений.

Заявку и тезисы присылать по электронной почте tchteniagmir@yandex.ru.

Проезд, проживание в гостинице и командировочные расходы оплачивает направляющая сторона.

Конференция очная!

Участники конференции приглашаются к публикации докладов в Сборнике «Труды ГМИР».

ЗАЯВКА

на участие в конференции «РЕЛИГИЯ И ВЛАСТЬ»

(23-24 апреля 2015 г., Государственный музей истории религии)

Фамилия________________________________________________________

Имя____________________________________________________________

Отчество________________________________________________________

Место работы____________________________________________________

Должность_______________________________________________________

Ученая степень__________________________________________

Название доклада_____________________________________________________

Номер телефона____________________________________

Электронный адрес ____________________________________


Просим полностью и точно указывать все данные и контактную информацию, необходимую для связи с Вами!

http://www.gmir.ru/special/seminar/seminar_anons/84/1794.html

НЕРАЗДЕЛИМЫЕ

Рис(27)

Рис(28)

Мама5

мама8

Мама9

S6300402

Наш давний с Мамой друг писатель и публицист Феликс Ветров, считаю, очень точно написал на днях у меня в фейсбуке: "Игорь, прочитал и не смог сдержать слез нежности и любви. Хорошего тебе года, дорогой мой, мыслью и молитвой с тобой и Верочкой. Вы вместе, вы рядом, в одной Вселенной, вы неразделимы. Обнимаю тебя". Именно так всё и есть. (Верочка - это Мама моя).

«Лукавые цифры» и не-лукавый историк товарищ Советов.

Д.и.н. Михаил Иванович Одинцов, ведущий специалист РГАСПИ, председатель Российской ассоциации исследователей религии (часть статей печатает в сборниках этого общества под говорящим псевдонимом «Советов»).

На конференции по истории позднего сталинизма в Твери я делал доклад по истории политики советского государства по открытию церквей в 1943-1953 гг. Излагался ряд данных и цифр из официальных, докладных записок председателя Совета по делам РПЦ Карпова Сталину за указанный период, ясно показывающие тенденции церковной политики власти за разные периоды в рамках т.н. «нового курса» - все эти сведения показывали ясно, что, при определенных шагах навстречу верующим, сталинская власть (с прямой помощью ее главного «приводного ремня» в этой сфере в виде Совета по делам РПЦ) стремилась минимизировать религиозную активность верующих, резко возросшую в результате войны и положить жесткие пределы т.н. «церковному возрождению». Ярко это проявилось в статистике уменьшения церквей на территории СССР во второй половине 1940-х г. – первой половине 1950-х гг., вызванных разными причинами (отобрание значительной части храмов из открытых в оккупации, закрытие их из-за нехватки священников), при том, что с 1948 г. по воле Сталина открытие в СССР церквей и молитвенных домов всех конфессий было запрещено вовсе (эта тема была подробно освещена в моем докладе).

После того, как мое выступление закончилось, М.И. Одинцов

бросил недовольную реплику: «Это все лукавые цифры на самом деле».

Но что же в них лукавого и что он имеет в виду под «лукавостью», маститый ученый автор не удосужился объяснить собравшимся на заседание секции специалистам. Хотя был теперь обязан выступить в дискуссии (время на это ведущим давалось), уважая негласное правило «сказал «А», - говори «Б»».

Проблема в том, что те же самые «лукавые цифры» из отчетов-записок чиновников Совета по делам РПЦ приводят и другие исследователи проблемы – М.В. Шкаровский, О.Ю. Васильева, Шин дон Хек, написавшая в соавторстве с Одинцовом объемную книгу по истории Совета по делам РПЦ Т.А. Чумаченко, да и сам Одинцов.

Конечно, в этих цифрах могут быть свои погрешности, вызванные недостатками учета церквей аппаратами уполномоченных Совета на местах, неполнотой поступивших сведений по некоторым регионам. Но, взятые в целом, тенденции они отражают правильно. И данные записок Карпова Сталину за разные годы вполне корреспондируют друг с другом. Что хотел сказать Одинцов, - что церквей после войны при Сталине было на самом деле закрыто значительно меньше, уполномоченные с мест преувеличивали, а чиновники Совета в центре давали ложные картины в своих донесениях Сталину? Но в историографии никаких, доказанных источниками, опровержений официальной статистики сталинского Совета (это касается не только сокращений храмов, прогрессировавших в те годы, но и синхронно сокращавшихся тогда же монастырей, выпускников духовных учебных заведений, воспроизводства священников) не содержится. И, полагаю, что неслучайно.

Теперь немного скажу о докладе самого проф. Одинцова на Тверской конференции по истории позднего сталинизма (5 декабря сего г.). Он открывал работу нашей секции «Конфессии и конфессиональная политика» (руководитель д.и.н. Т.Г. Леонтьева и несколько удивлял широтой заявленной темы - «Вероисповедная политика советского государства в 1943-1953 гг.». Этим как бы предполагалось, что доклад носит некий постановочный характер. Обычно такими названиям соответствуют не кандидатские, а докторские диссертации и обширные монографии. Потому нужна была бы, как представляется, некая конкретизация этой темы, но ее не последовало.  

Доклады на научных конференциях предполагают либо новые факты, либо новые осмысления (еще лучше – и то, и другое), но ничего подобного в выступлении Одинцова не было.

У меня сложилось впечатление, что автор искренне не понимал, что такое научная конференция и что такое научный доклад. Ну, посудите сами. Доклад состоял из изложения известных фактов, - по работам того же М.И. Одинцова, Т.А. Чумаченко и других. Ничего фактологически и научно нового в докладе Одинцова не было. А вот странного и спорного – довольно. (Но то же самое – в его прежних работах).

Автор рассказывал о том, что война мобилизовывала также патриотические, духовные ресурсы. Отсюда поворот к Церкви, - открытие храмов, разрешение много в конфессиональной области. И т.д. Основная работа по исполнению нового курса легла на В.М. Молотова, но не только на него. Председатель Совета по делам РПЦ чекист Г.Г. Карпов и другие работали. Все, что мы знаем положительного, сделано по запискам Карпова. Одинцов хвалил взахлеб чекиста Карпова – очевидно, что незаслуженно, ибо документы показывают, что и плохое в 1940-е гг. тоже по его запискам того же Карпова делалось (об этом историк умалчивает). Умалчивалось, что Карпов был, прежде всего, послушным исполнителем воли диктатора Сталина, хотя в рамках ему дозволенного мог быть инициативен. Одинцов откровенно и явно идеализирует его личность и деятельность. Карпов для него тот, кого «нельзя мазать». Вообще Карпов у Одинцова – почти что церковный деятель, все плохое исходило от партии (не от Сталина!), от партийного аппарата. Обмолвился Одинцов и о мотивах такой «процерковной» деятельности Карпова. Слушатели узнали от него, что чекист Карпов, которого уличали в 1950-е гг. в применении пыток в годы террора 1937-1938 гг., был абсолютно бекорыстен и бескарьерен всю жизнь (!) и был убежден: "у человека должна быть свобода" (!!!). Думаю, нефундированно это было у докладчика. Затем тов. Советов хвалил чекиста Полянского (меньше) – за его деятельность в Совете по делам религиозных культов. Хвалил деятельность двух этих Советов, - выходило, что ничего, кроме радужных красок, в их трудах не было. Боролись за интересы церквей и религий, не щадя живота своего. Могли быть, конечно, отклонения отдельных уполномоченных – исполнителей на местах (по причине их атеистических предрассудков, неполной сознательности), но, конечно, не начальства в Москве.

Время «нового курса» 1943-53 гг. Одинцов характеризует, как якобы цельный, благотворный период. По его представлению, позитивный импульс 1943 г. (встреча митрополитов со Сталиным) все время сохранялся (как быть с фактами ужесточения же сталинской церковной политики с 1948 г., которые доложил на той же секции и Ваш покорный слуга, - при том оставалось непонятно). Сам же Одинцов сказал и о фактах притеснений церкви и религии с 1948 г. – уже после того, как сделал вывод о благотворном периоде. Объяснение у него нашлось: это искривления антирелигиозных партократов, а «процерковный» чекист Г.Г. Карпов якобы боролся за открытие церквей. «Настойчивость граничила с безрассудностью», "настаивал, убеждал", - именно такие слова употребил докладчик. Но полагаю все же, что это домыслы автора. Карпов, известным мне его докладным запискам Сталину, осторожно предлагал церкви где-то открыть, но не более того. Когда я задал вопрос Михаилу Ивановичу уже после его выступления, справедливо ли в этом случае определение «настойчивой борьбы»? – то мой вопрос позвучал риторически. Справедливо, и всё тут.

Показателен спор на заседании нашей секции М.И. Одинцова с историком П.М. Поляном, известным специалистом по сталинским депортациям.

Тема выступления Павла Марковича была: «Наказанные за веру: конфессиональные депортации 1951-1952 гг. (новые материалы)». Рассказ был о сектах «крестиков», «молчальников» и «федоровцев» с привлечением лагерных воспоминаний. И вот в числе прочего Полян говорил о том, что Совет по делам культов с помощью своего аппарата, чиновников инициировал эти депортации, обращался в карательные органы с соответствующими предложениями.

После доклада Поляна произошла небольшая перепалка. Одинцов, возражая П.М. Поляну, настаивал: совет по делам культов нельзя представлять инициатором преследования религиозных сект «Этого не было". Полян - "Как же не было? Когда было". Одинцов – «но это были единичные случаи» (то есть для благодетельного Совета по делам культов не характерные). У Одинцова явно просматривалась защита чести мундира. (Он бывший работник Совета по делам религий, а потом перешел в историки). В основе выступления в дискуссии его главный посыл (с эмоциями): "Не трогайте моих и хороших!". Полян, отвечая Одинцову, сказал буквально следующее: "Вам нужно привыкнуть в мысли, что та контора, в которой вы работали, не такая розовая и пушистая, как представляется вам".

У Одинцова есть несомненные заслуги в публикации многих ценных исторических материалов, но… есть и немалое «но». Бывший чиновник Совета по делам религий, он когда-то «пошел» в историки. Получил, как номенклатурный историк-монополист, преимущественный доступ ко многим архивным материалам, хорошие ресурсы для карьеры. А постоянная защита «чести мундира» любимой организации, воспевание ее деятелей и деятельности, наложила свою печать на многие его работы. Что видно и до сих пор.

Апологетика искажает историю.

Церковь Таврического дворца – место служения И.Г. Вениаминова в 1898-1907 гг.

Церковь Воздвижения Честного креста в Таврическом дворце. Фото Н. Г. Матвеева, 1911 г.

Продолжение о местах службы моего прапрадеда Иоанна Гавриловича Вениаминова в Санкт-Петербурге.

Из приказов по Управлению собственным Его Императорского Величества Дворцом (Аничковым):

21 марта 1907 г.

«Заведующий придворным духовенством отношением от 13 сего марта за № 1012 меня уведомил, что с Высочайшего соизволения на вакантное священническое место при Церкви Дворца им перемещен священник Церкви Таврического Дворца отец Иоанн Вениаминов с 11-го сего марта. О чем объявляю для сведения. …

Начальник Управления генерал-майор Озеров».

РГИА Ф. 474. (Управление Аничкова Дворца) Оп. 1. Д. 513. Л. 85.

В 1913 г. в документах И.Г. Вениаминов значится уже настоятелем церкви Аничкова дворца и протоиереем.

Теперь выяснилось его место служения до 1907 г. – церковь Воздвижения Креста Господня Таврического дворца (его домовая церковь) (ул. Шпалерная, д. 47), еще одно памятное место, связанное с И.Г. в Санкт-Петербурге.

Там он значится настоятелем этой церкви с 1898 по 1907 гг.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

Церковь Воздвижения Креста Господня
в Таврическом дворце
Шпалерная, 47

Богослужения проводились с 1793 года.

Закрыта 8 июня 1920 года.

НАСТОЯТЕЛИ

Предыдущее место служения

Последующее место служения

Филиппов Иоанн, священник

Феоктистов Иоанн, священник

1802 - 1806

Полянский Гавриил Филиппович, священник

Красное Село

3 ноября 1806 - 1835

Зимний дворец

Павский Герасим Петрович ( - 1863), протоиерей

1835 - 1863

Кучинский Стефан Ильич, протоиерей

Литовский полк

1855 -

Иовлев Павел Федорович, протоиерей

1868 - 1882

Конюшенная церковь

Успенский Алексей Иванович, священник

1883 - 1895 -

Вениаминов Иоанн, священник

1898 – (11 марта 1907 – И.К.).

Вознесенский Сергей Александрович (7 сентября 1874 - ), священник

11 марта 1907 - 6 мая 1915 протоиерей - 1920

http://www.petergen.com/bovkalo/kl/spburgvozdtavdv.html

Из истории этой церкви:

Таврический дворец построен в 1783 г. архитектором И. Е. Старовым по распоряжению Екатерины II, которая подарила его князю Г. А. Потемкину. После смерти князя дворец перешел в ведение государства. В 1797 г. в здании был размещен Конный полк, а в 1802 г. дворец был возвращен в ведение казны.

Церковь расположили в правом крыле дворца, на углу Шпалерной и Таврической улиц, и в 1798 г. освятили во имя святой Екатерины. (Богослужения в церкви проводились с 1793 г. – И.К.) В 1804 г. она была переосвящена во имя Воздвижения Честного креста. В 1819 г. Александр I повелел сделать для церкви новый иконостас, для местных икон — серебряные лампады, а старый иконостас передать в Петергофский дворец. Приблизительно в это же время под руководством В. П. Стасова производился большой ремонт церкви, завершившийся только к 1829 г. Освящение состоялось в феврале 1829 г.

Одноэтажная двусветная церковь представляла собой длинный зал, разделенный на три части. В восточной части, отделенной сплошной стеной, находились алтарь, ризница и библиотека. Алтарный купол поддерживали двенадцать колонн. Иконы для иконостаса написали академики А. Е. Егоров, С. А. Без-сонов, Ф. П. Брюлло и А. И. Иванов. Царские врата были резные, золоченые. Образа царских врат написал А. Е. Егоров. На стенах были развешены картины работы итальянских художников, взятые из Эрмитажа. Священные сосуды церкви отличались богатством и изящной работой.

Ныне церковь не существует, а здание дворца занимает Межпарламентская ассамблея стран СНГ.

http://www.paskha.net/christianity/lost-temples-of-st-petersburg/domovye-cerkvi_13_vozdvijeniya-chestnogo-kresta.htm

In Memoriam. Историк религии и Церкви Дмитрий Поспеловский (1935 – 2014).

https://ru.wikipedia.org/wiki/%CF%EE%F1%EF%E5%EB%EE%E2%F1%EA%E8%E9,_%C4%EC%E8%F2%F0%E8%E9_%C2%EB%E0%E4%E8%EC%E8%F0%EE%E2%E8%F7

Некролог:

«12 сентября в местечке Маунт Хоуп (Канада) на 80-м году жизни скончался профессор Дмитрий Владимирович Поспеловский. В нашей стране всякий, кто так или иначе, занимался историей русской церкви в XX веке, это имя слышал.

Д. В. Поспеловский, правнук великого православного педагога К.Д. Ушинского, родился в 1935 году на территории независимой Польской республики (ныне Ровенская область Украины). В 1944 году его семья эвакуировалась на Запад и после 1945 года обосновалась в Западной Германии. В 1950-е годы Поспеловские, как и многие другие эмигранты второй волны, отправляются за океан. Дмитрий Владимирович в Канаде окончил среднюю школу, университет, получил ученую степень магистра. В 1967 году в Великобритании защитил докторскую диссертацию. Несмотря на такую широкую географию своего жизненного пути, своей родиной он всегда считал Россию. Это объясняет многие факты биографии и сферы его интересов. Так, например, в 1953 году в Германии Дмитрий Владимирович становится членом Народно-Трудового Союза, самой активной и последовательной антисоветской организации второй половины прошлого столетия. От НТС Д.В. Поспеловский работал на радиостанции «Свободная Россия», вещание которой было направлено на территорию СССР. В 1960-е и начале 1970-х гг. он был сотрудником радиостанций «БиБиСи» и «Свобода».

В 1972-1997 гг. профессор Поспеловский преподавал русскую историю в университете Западного Онтарио (Канада). Именно в этот период времени Дмитрий Владимирович активно занимался историей православной церкви в России в XX веке. Вместе с тем он был одним из основателей и активным членом прихода Преображения Господа Иисуса Христа (провинция Онтарио, Канада).

Впервые после окончания второй мировой войны Д.В. Поспеловский смог приехать в Россию в 1988 году в составе американской делегации на юбилейный церковный собор, посвященный 1000-летию крещения Руси. После тех изменений, которые произошли в тогда еще советской России, он получил, наконец, возможность лично участвовать в трудах по возрождению церковной жизни, духовной школы и просвещения. Он преподавал церковную историю в различных православных учебных заведениях – ББИ им. св. ап. Андрея, православном университете св. ап. Иоанна Богослова, духовных семинариях Смоленска и Минска. В декабре 2001 года он по приглашению настоятеля храма Сретения в Заостровье (Архангельск) свящ. Иоанна Привалова приехал в Заостровье и работал с архивом Сретенского прихода, результатом чего стала книга-летопись, посвященная скорбной истории этого храма, служивших в нем клириков и мирян.

Д. В. Поспеловский написал несколько десятков монографий, учебников и статей, главным образом, посвященных истории православной церкви в России, в СССР и русском зарубежье. Самой известной его работой является монография «Русская Православная Церковь в XX веке», которая вышла в свет в 1995 году и стала, по сути, первым опытом объективного академического описания истории православной церкви в СССР. По праву эта книга признана одним из самых качественных учебников по истории РПЦ. В предисловии к этому своему, пожалуй, главному труду, профессор Поспеловский написал слова, которые могут быть девизом каждого служителя церковной науки, каждого христианина: «Вынося мой скромный труд на суд читателя, надеюсь, что он принесет пользу моей родине — России, если хоть в малой степени послужит стремлению искать и выявлять правду, факты, истину, какими бы горькими подчас они не были; если поможет развеять мифы, как те, что распространялись при старом режиме, так и те, что приходят им на смену теперь под ярлыком “православия”. На мифах и лжи, откуда бы они ни исходили, не может возникнуть ни всенародное покаяние, завещанное Святейшим патриархом Тихоном как условие духовного возрождения России, ни моральное выздоровление нации».

Последней большой работой Д.В. Поспеловского стала монография «Тоталитаризм и вероисповедание». В ней он исследовал весьма острую и злободневную проблему заимствования церковью земной коллективистско-тоталитаристских моделей у тоталитарных государственных систем, что можно наблюдать и в современной России.

Деятельность Дмитрия Владимировича была особым образом связана с Свято-Филаретовским институтом. Профессор Поспеловский в течение многих лет входил в попечительский совет СФИ, выступал с докладами на братских конференциях, читал студентам СФИ лекции по истории Русской православной церкви, горячо поддерживал институт и Преображенское братство в трудных ситуациях. Благодарная память о личном общении с этим выдающимся человеком сохранится у всех преподавателей и студентов института, знавших его.

Можно свидетельствовать о том, что жизнь и труды Дмитрия Владимировича были направлены на служение Церкви, России, на просвещение русского народа.

Вечная ему память!

Информационная служба СФИ»

http://www.sfi.ru/statja/12-sentjabrja-skonchalsja-professor-dmitrii-vladimirovich-pospelovskii/

Труды:

Поспеловский Д. В. Русская православная церковь в XX веке. — М.: Республика, 1995.

http://krotov.info/history/20/pospelovs/pospel_03.htm

Поспеловский Д.В. - Русская Православная церковь в XX веке. [1995, PDF, RUS]

Тоталитаризм и вероисповедание. М., 2003.

http://www.krotov.info/history/20/pospelovs/pospel_01.html

Умер известный историк Церкви и религии Дмитрий Владимирович Поспеловский, - канадец русского происхождения. Я его знал в 1990-х гг., когда он приезжал в Россию. Его хорошо знал церковный историк, специализирующийся по XIX в. Маким Никулин, мой однокашник по МГИАИ. Он-то нас и познакомил. Обменялись контактами, поговорили. Помню его совсем молодой энтузиазм в том, что касается тем русской истории. Главная его книга "Русская православная Церковь в XX в.". В чем-то можно не соглашаться, не всегда ему хватало источников, чтобы во всей полноте раскрыть какие-то сюжеты, но мимо нее не может пройти ни один историк Церкви в советский период. Он был яркой личностью и настоящим, большим ученым. Историк и радиоведущий Владимир Тольц у меня в фейсбуке написал о Д.В. Поспеловским следующее: «Мы встречались с ним в Мюнхене и Штатах. Консультировали друг друга. Он выступал в моих программах. Дмитрий был легким в общении и жадным до нового знания человеком. Очень интересно и в лицах рассказывал про историю Русской церкви за рубежом и русской эмиграции. Земля ему пухом!» Именно таким помню его и я.

Дела архивные. Из дневниковых записей в Санкт-Петербурге.

9 сентября.

Был сегодня в архиве Русского Географического общества, что в Питере в переулке Гривцова. Интересует там переписка святителя Иннокентия (Вениаминова), та корреспонденция, которую он присылал в РГО, как член-корреспондент общества, из Камчатки, Восточной Сибири, Амура и т.д. Работал с расписанной на карточках в каталоге описью Канцелярии РГО, где и могли отложиться указанные материалы. Работники архива сразу меня там "обнадежили", что многое из выявляемого и заказываемого мной они мне не дадут - по той причине, что среди дел этого архива многое находится на реставрации и - еще больше - в россыпи, а, дескать, россыпь выдавать они не имеют права. Россыпь, - поясню аудитории, - это когда листы архивных дел не подщиты, не сброшюрованы, а просто лежат в папке друг за другом. У меня имеется подозрение, что такого правила работы архивов, - о том, что дела в россыпи не выдаются, - не существует. А где не выдают - это обычай, созданный самими архивистами. Да и архив РГО - ведомственный архив. А там свои правила устанавливаются. Кажется, в россыпи не выдают и дела в Архиве внешней политики России, как я припоминаю теперь, но преспокойно выдают в тех же россыпях, например, в отделах рукописей РГБ и РНБ и т.д. Ведь получаются абсурдная ситуация, - зачем же хранить огромный массив дел в россыпях, если он лежит мертвым грузом (в архивах) и совершенно не доступен для исследователей?!! Мне ответили на вопрос, а сколько процентов дел при таком порядке в интересующем меня фонде недоступно?  - где-то пятьдесят (!!!). Вот те на! Поэтому по их же совету подал больше требований, чем положенные пять (восемь), чтобы не получилось так, что приду, а дел вообще не будет.



         10 сентября.

Был сегодня в Российском государственном историческом архиве, что когда-то был в зданиях Сената и Синода, а теперь на Заневском проспекте (м. Ладожская), записывался. И сразу узнал новость, - вот-вот, как умер их новый директор Александр Иванович Костанов. И из-за траурных мероприятий завтра архив не работает. Жуткое чувство… Совсем недавно подписывал у руководства ИРИ отношение на имя этого человека, и вот… его уже с нами нет. Что касается архива, то есть важная новация, - появился электронный заказ дел через своей личный кабинет на сайте архива. Но порции выдачи дел для исследователей там, в одном из самых главных архивов страны, по-прежнему мизерные. Все, что вы можете заказать за один день, - четыре бумажных дела и два микрофильма. Так что, за три года ничего не изменилось в лучшую сторону в плане большей доступности для ученых архивных дел. Для иногородних никаких скидок и привилегий. Одинаковая нищета для всех. Все заказы выполняются только через два дня на третий.

Еще важный момент, - какие дела микрофильмированы или нет, на всеобщее обозрение информации об этом не выставлено. Это Вам могут дать знать при заказе в читальном зале по внутренней картотеке. И если Вы делаете заказ по интернету, то заполнить можете формы только на четыре дела, - если они окажутся все вдруг микрофильмы, то и получите всего два из заказанных дел. Так что, для более широкого выявления предпочтительнее делать заказы на дела «по старинке», то есть в читальном зале бумажными требованиями. Заказывая по электронке, Вы рискуете получить меньшее число дел, чем могли бы.

В этот мой приезд меня больше интересует не святитель Иннокентий (Вениаминов), как раньше (последний раз я был в РГИА в 2011 г.), а его внук Иоанн Гаврилович Вениаминов, соответственно мой прапрадед по линии мамы моего отца. В 1910-е гг. В Петербурге-Петрограде И.Г. занимал очень важное положение, он был протоиереем домовой церкви Аничкова дворца – резиденции вдовствующей императрицы Марии Федоровны (матери Николая Второго и вдовы Александра Третьего), и ее духовником. Поэтому главное внимание у меня к следующим фондам в РГИА – управления Аничкова дворца (ф. 474), Канцелярии императрицы Марии Федоровны (ф. 544), немного из фонда Синода, кое-какие личные фонды (если успею с последними). Жатва определенно будет, хотя, при существующих условиях, широкого выявления провести невозможно. Так в при просмотре описи фонда Аничкова дворца нашлось дело – «Рапорты протоиерея дворцовой церкви Иоанна Вениаминова об отпуске сумм для ремонта и постройки ризниц с приложением смет и объяснительных записок к ним…» (1913-1915 гг.). В других делах, полагаю, еще найдутся документы, связанные с ним.