October 26th, 2018

Увесистый фолиант. Или как шаламовед Валерий Есипов сказал правду миру.



Прочитал на одном электронном ресурсе:

«Если американцы считают, что Солженицын помог им победить в холодной войне, то как мы должны относиться к этому писателю?»
Валерий Есипов – вологодский журналист, культуролог, кандидат наук, пожалуй, сегодня он в России – знаток номер один творчества нашего земляка, писателя Варлама Шаламова. Недавно он вернулся с Международной конференции русистов в Барселоне, где наряду с докладом на любимую тему представил новую книгу, над которой работал два года. «Книга, обманувшая мир. Об «Архипелаге ГУЛАГ» начистоту». Увесистый фолиант на 520 страниц, и все об одном – о главном творении писателя Солженицына, когда-то потрясшего всех».


То, что Валерий Есипов (которого не надо путать с пушкинистом Виктором Есиповым) - тенденциозный и политически ангажированный автор, я понял, ознакомившись с его ЖЗЛ Варлама Шаламова 2012 года. Ничего, что это жизнеописание написано так, будто автор составляет житие святого, хотя Шаламов был, разумеется, живым человеком со своими недостатками и заблуждениями. Это болезнь биографий многих известных людей, когда их авторы сплошь влюбляются в своих героев и, следовательно, не находят в них ничего, кроме светлых красок и сплошных достоинств. Вместе с тем, такие книги все равно могут быть очень интересны и полезны, быть хорошо написанными, содержать много ценных подробностей и интересных наблюдений, ярко раскрывать творческий мир и жизненный путь героев. И в этом отношении ЖЗЛ Валерия Есипова о Шаламове заслуживает многих похвал. Но...
Да, Шаламов и Соложеницын во многом не сходились, - в описании этого несходства и их отторжения Есипов, естественно, полностью на стороне Шаламова. Пусть так, право автора безусловное - следовать позиции своего героя. Но там же он кидает ряд грязных комьев в адрес Солженицына, от чего респектабельный автор, даже на стороне Шаламова, должен был бы все-таки воздержаться. А тут не было видно разницы с теми выпадами, которые допускает в адрес АИС, например, сталинист Владимир Бушин. Есипов и тогда всего на нескольких страницах продемонстрировал свою ангажированность и предвзятость, даже злобность по отношению к оппоненту его героя. Он там у него предстает и чекистским стукачом, и присвоителем себе чужих текстов для собственных (низменных) целей, - просто негодяем. Можно себе представить, как «разошелся» автор и в этом, представленном им на днях «увесистом фолианте».
Конечно, в «Архипелаге ГУЛАГ», исходя из знаний дня сегодняшнего и всех прошедших после его выхода в свет лет, можно найти немало ошибочного, там есть свои недостатки и неточности, являющиеся и предметом справедливой критики со стороны специалистов-историков, но ведь в то же время верного и глубокого немало, и огромное просветительское, облагораживающее влияние этой великой книги на людей отрицать трудно. И если анализировать и критиковать, то все-таки на другом уровне, чем это делают бушины с есиповыми. Необходимо издание полного и научного «комментария к Архипелагу ГУЛАГ». А Есипов рвет и мечет, негодует и бушует, разделывая, как орех, Солженицына, который пытался затмить (!) и даже во многом затмил его любимого непревзойденного Шаламова! Потому что Солженицын в его мире - это тот, кто пишет о сталинизме идеологически неправильно, задевая при этом вождей великой большевистской революции и сам светлый и величественный Октябрь 1917-го, а Шаламов - в глазах Есипова - здесь идейно уже безупречен. Солженицын отверг сам опыт советского социализма в целом, а «троцкист»-ленинец Шаламов не согласен только со сталинскими его извращениями.
Но... «Не лучше ль на себя, кума, оборотиться?» В биографии Шаламова Есипов, на мой взгляд, весьма необъективно анализирует и само известное письмо классика в «Литературной газете» 1972 года с отречением от его главных произведений и ситуацию вокруг него. Есипов подает ту историю так, будто никакой организации того письма советским государством не было, а это только крик души самого Шаламова, возмущенного изданиями его произведений врагами СССР за рубежом. Да, те публикации были безобразными и пиратскими, и вполне могли вызвать справедливый гнев писателя... Да, он совершенно не симпатизировал зарубежным антикоммунистам, продолжателям белого дела, НТС, «Посеву» и т.д. Но разве на этом не сыграли соответствующие учреждения? Разве в контексте того времени не понятно, что какое-то воздействие на Шаламова с целью публикации такого выгодного для властей заявления было оказано? Не прямолинейного, не грубого, вполне может быть. Разве Шаламов не мог подписать составленный и не им текст - например, Борисом Полевым? Разве в тексте этого письма не содержалась прямая ложь, - о том, что проблематика «Колымских рассказов» снята жизнью? Разве сам Шаламов не понимал прекрасно, что это ложь? Как же так, она же не была снята жизнью! Почему молчит об этом безупречный обличитель Солженицына Есипов?
И еще одно - Есипов не постеснялся в своей книге о Шаламове вставить и свое лукавое расшаркивание... перед Сталиным (!).

Позволю себе процитировать:


«Если возвращаться к 1920-м годам, то их историческое значение
Шаламов видел в том, что они «были временем, когда
вьявь в живых примерах были показаны ВСЕ (выделено Шаламовым) многочисленные варианты и тенденции, которые
скрывала революция». Сталин, по убеждению писателя,
олицетворял худшую из этих тенденций. О том, что, по Шаламову,
«Сталин и Советская власть — не одно и то же», мы уже
говорили — да этому, собственно, и посвящены его «Колымские
рассказы», которые сам он называл «пощечинами сталинизму
». «Забыть эти преступления», по его словам, — «самое
низкое на свете».
Но до полного отрицания исторической роли Сталина Шаламов никогда не доходил. В связи с очевидной ролью его как Верховного главнокомандующего в консолидации
народа в период Великой Отечественной войны писатель
не раз приводил старую поговорку: «При войне тиран сближается
с народом», — и это вполне объективная оценка.
Однако
к числу ключевых, никогда не сменяемых шаламовских нравственных
максим (адресованных не только настоящему, но и
будущему) относится, несомненно, его дневниковая запись:
«Восхваление Сталина — это эстетизация зла»...


(Есипов В. Шаламов. ЖЗЛ. М., 2012. С. 314, 315).


Вот так, не восхваляя, но... признал таки позитивную историческую роль тирана, по его биографу Валерию Есипову, Шаламов.
А что в действительности написал Шаламов, в каком контексте он это высказал? Указанное высказывание про сближение в годы войны тирана с народом встречается в его записных книжках 1963 года. В записях под рубрикой «Секреты читательской психологии» следует только это вне связи с предшествующими и последующими записями:
«Герои бывают либо высокие, либо — маленькие. Героев среднего роста не бывает. При войне тиран сближается с народом».
(
https://shalamov.ru/library/23/11.html).
Сталин не упомянут, но если и предположить, что имеется в виду и он, никакого оправдательного контекста в отношении Сталина здесь нет. То же самое можно сказать и про Гитлера, про Муссолини, про любого тирана. Нет ничего о признании Шаламовым заслуг Сталина в консолидации народа в войне. Это просто додумано Есиповым и приписано им Шаламову. Та же запись Шаламова перекочевала в его записки, озаглавленные издателями «О времени и о себе» - сборник афоризмов. И тоже - ничего в ней в пользу Сталина. Но там же пропечатано тоже шаламовское: «Вот главная тема времени — растление, которое Сталин внес в души людей». (https://shalamov.ru/library/21/77.html).
Думается, в этом признание исторической роли Сталина со стороны Шаламова было полным.
И в этом контексте уже понятен ход мысли Шаламова: даже если в годы войны тиран временно сближается с народом, он не перестает при том быть тираном.
И это не уловил его жизнеописатель Есипов.
По сути, восторженный биограф Шаламова сфальсифицировал Шаламова, - эдак небрежно, походя, приписав ему признание в чем-то заслуг вождя.

Но зачем вставлять автору этот пассаж про исторический вклад Сталина в консолидацию общества в войне, и то, что Шаламов не дошел таки до полного отрицания (!) исторической роли вождя (здесь, конечно, в контексте имеется в виду его положительная созидательная историческая роль)? Этого я, честно говоря, не могу объяснить иначе, как стремлением автора не отстать политической конъюнктуры, диктующей повсюду оправдательные реверансы перед Сталиным, даже при обличении сталинских преступлений. Даже при перечислении, какой он такой-сякой, хоть одно доброе словечко в его защиту конъюнктура требует вставить. Так и Есипов - бодро и много ругал Сталина на протяжении всей книги про Шаламова, а потом взял да почтил его исторические заслуги в оговорке-цитате выше, призвав себе на помощь и самого Варлама Тихоновича.
Но такое стремление, такой подход, наверное, не имеют ничего общего с Шаламовым.